Радиовещание и кинематограф в сельской местности 1920-х гг. (на материалах Брянской, Смоленской и Гомельской губерний)

Аннотация

Статья посвящена рассмотрению роли радиовещания и кинематографа в сельской местности 1920-х гг. на материалах Брянской, Смоленской и Гомельской губерний. Простота и доступность восприятия указанных технических новшеств способствовала их распространению в советской провинции и оказывала в целом положительное влияние на формирование социокультурного облика сельских жителей. Реализация исследовательских задач была достигнута на основе использования документов, извлеченных из фонда Государственного архива Брянской области, а также анализом историографических источников по истории радио и кинематографа в изучаемый период. Методологической базой исследования выступили основные принципы исторического познания – объективности, системности, историзма и конкретности. Были изучены архивные и историографические источники по истории радиовещания и кинематографа. Рассмотрены материально-финансовые и технические проблемы, препятствующие распространению указанных технических новшеств. Отмечено положительное влияние радио и кинематографа на социокультурный облик сельских жителей. На основе анализа историографических и архивных источников авторы указывают на идеологическую составляющую в деятельности изучаемых технических новшеств, слабую связь репертуара с реальной жизнью, материально-финансовые и технические проблемы. При этом новая власть уделяла внимание развитию различных коммуникаций с целью модернизации сельского быта и формирования «просоветских» настроений в деревне. Одновременно происходило и расширение общего кругозора сельских жителей, формирование нового информационно-коммуникационного пространства.

Ключевые слова и фразы: радиовещание, кинематограф, сельская местность, Брянская губерния, Смоленская губерния, Гомельская губерния.

Annotation

Radio broadcasting and cinematograph in rural lands of the 1920s (on the materials of Bryansk, Smolensk and Gomel provinces).

The article is devoted to the role of radio broadcasting and cinematography in rural areas of the 1920s based on the materials of the Bryansk, Smolensk and Gomel provinces. The simplicity and accessibility of these technological innovations contributed to their spread in the Soviet province and had a generally positive impact on the formation of the socio-cultural image of rural residents. The implementation of research tasks was achieved by using documents extracted from the state archive of the Bryansk region, as well as by analyzing historical and graphic sources on the history of radio and cinema in the studied period. The main principles of historical knowledge-objectivity, consistency, historicism and concreteness — are the methodological basis of the research. Archival and historiographical sources on the history of radio broadcasting and cinema were studied. The material, financial and technical problems that prevent the spread of these technical innovations are considered. The positive influence of radio and cinema on the socio-cultural image of rural residents is noted. Based on the analysis of historiographic and archival sources, the authors point out the ideological component in the activities of the studied technical innovations, the weak connection of the repertoire with real life, material, financial and technical problems. At the same time, the new government paid attention to the development of various communications in order to modernize rural life and form «Pro-Soviet» sentiments in the village. At the same time, there was an expansion of the General Outlook of rural residents, the formation of a new information and communication space.

Key words and phrases: radio broadcasting, cinematography, rural areas, Bryansk province, Smolensk province, Gomel province.

О публикации

Авторы:
УДК 94(47):374.7
DOI 10.24888/2410-4205-2020-26-1-31-38
15 марта года в
25

Рассмотрение положения и эволюции российских крестьян в 1920-е гг. нельзя представить без изучения роли технических новшеств, к которым, без всякого сомнения, относились радиовещание и кинематограф. Именно простота и доступность их восприятия способствовали распространению данных институтов. Исследователь Л. Ю. Полянскова справедливо считает, что «в период нэпа советское государство предприняло усилия по организации на селе целой системы различных учреждений, чья деятельность была направлена на культурное просвещение деревни, формирование нового социокультурного облика советского крестьянина. Органичной частью этой системы призваны были стать потенциально мощные средства идеологической пропаганды – радио и кино, переживавшие в 1920-е годы период становления» [18, с. 131]. Целью данной статьи является рассмотрение радиовещания и кинематографа в сельской местности 1920-х гг. на материалах Брянской, Смоленской и Гомельской губерний.

В современной историографии распространение радио и кинематографа в изучаемый период изучается достаточно активно. В частности, данной темой давно и плодотворно занимается О. В. Горбачев. В 2018 г. была опубликована его обстоятельная рецензия на книгу английского исследователя С. Ловелла «Россия в микрофонную эру. История советского радио, 1919-1970», в которой автор, помимо оценки данного произведения, сделал свой анализ распространения радиовещания. Так, автор обоснованно считает, что «радио отвечало ценностям раннесоветской идеологии и в том смысле, что, подобно «мировой революции», оно не признавало межгосударственных границ» [5, с. 187].

Нельзя обойти вниманием и серию статей Л. Н. Мазур, которые посвящены развитию кинематографа в истории нашей страны. По ее обоснованному мнению «с момента своего становления советский кинематограф был настроен не столько на документирование и осмысление тех революционных изменений, которые протекали в деревне, сколько на их пропаганду» [12, с. 346]. При этом она верно считает, что «одной из центральных идей кинопропаганды была мысль о могуществе советской власти, ее военной мощи…» [13, с. 85].

В свою очередь исследователь С. А. Смагина считает, что «одной из центральных характеристик кинематографа второй половины 1920-х – начала 1930-х гг. становится оппозиция старого и нового, которая решается посредством репрезентации образа «новой женщины». Задуманный как антипод образу дореволюционной женщины, несущей в себе заряд патриархального мироустройства и представляющей собой жертву гендерного неравноправия вне зависимости от финансового достатка семьи, он должен был в полной мере продемонстрировать торжество революционных идей и социального прогресса в стране. Основной его характеристикой в кинематографе 1920-х гг. становится холостой статус женщины либо подчеркнутая ее независимость от мужчины» [19, с. 263].

Изучение регионального материала также дает возможность исследователям сформировать свою точку зрения на процессы внедрения кинематографа и радиовещания в период нэпа. Так, по мнению В. Д. Петровой «…общество «Друзей радио», созданное в период радиостроительства на территории Якутской АССР для пропаганды радиотехнических знаний и объединения активистов радиолюбительского движения, сыграло большую роль не только в радиоделе…. Произошли коренные изменения и в экономическом укладе, и в быту, повысилась их культура. Радио вошло в жизнь, стало необходимостью» [16, с. 94].

В 2008 г. была защищена кандидатская диссертация Е. В. Шестопаловой, посвященная истории становления и развития радиовещания в Иркутской области в 1920-1930-е годы. Автор пришла к обоснованному выводу, что «…к 1940 г. завершилось создание механизмов контроля над всеми направлениями вещания. Оно стало одним из важнейших пропагандистских институтов, самым массовым и оперативным, неотъемлемой частью идеологического аппарата государства» [20]. По мнению Ю. Мурашова, «радиослушание стало самым популярным массовым литературно-музыкальным досугом» [15].

В свою очередь Т. В. Захарова на основе изучения культурного строительства в Горном Алтае в 1920-е гг. пришла к выводу, что «постепенно в аймаках области начинают работу кинопередвижки, которые были встречены населением с большим удовольствием» [9, с. 38]. Также она отмечает, что «практиковалось коллективное слушание радио» [9, с. 40].

Автор данной статьи также изучает распространение технических новшеств в сельской местности и считает, что «…новые культурные институты, к которым относились радио и кино, вносили новизну и разнообразие в крестьянскую жизнь. Работа по их внедрению в деревню проводилась, но весьма медленными темпами из-за различных сдерживающих факторов, в первую очередь финансово-материального плана» [10, с. 114]. А. И. Винокуров и Е. А. Сикорский на основе сравнительного анализа социокультурных институтов Смоленской губернии отмечают, что «появились и первые кинопередвижки для обслуживания сельского населения» [1, с. 227].

Рассматривая точки зрения авторов, следует сказать и о том, что кинотеатры далеко не всегда были центрами социокультурного отдыха населения. Так, по обоснованному мнению Е. А. Жданковой, «социальным же злом кинотеатров являлись хулиганство и воровство. Темнота, скопление народа и толчея располагали к этому. И если в кинотеатрах крупных городов к концу 20-х гг. с хулиганством и воровством кое-как справлялись, то в регионах они не позволяли называть посещение кино культурным отдыхом» [8, с. 141].

Таким образом, в современной историографии превалирует мнение о том, что технические новшества, представленные радио и кино, способствовали положительным изменениям в крестьянской среде. Не подлежит сомнению использование последних технических достижений эпохи нэпа в идеологических целях, но при этом происходило и расширение общего кругозора сельских жителей. Однако достижению более впечатляющих результатов мешали как материально-финансовые и технические проблемы, так и низкий уровень общей культуры населения 1920-х гг. Анализ историографии показывает, что существуют пробелы в изучении региональной специфики вопроса, которые необходимо и следует заполнять с привлечением новых архивных материалов.

В 1920-е гг. в сельской местности изучаемых губерний происходило распространение последних технических достижений, к которым относились радиовещание и кинематограф. Радиовещание давало возможность крестьянам быть в курсе последних событий, чему способствовали выпуски «Крестьянской радиогазеты» с 1 апреля 1926 г. В первую очередь, освещались темы, интересные для деревни: агрономия, антирелигиозная пропаганда, повседневная сельская жизнь. При этом, по верному мнению Т. М. Горяевой, «особое внимание уделялось журналистами простоте и доступности языка» [7, с. 58], т.к. только таким путем можно было добиться распространения информации на селе.

Новизна и необычность радиовещания способствовали его популярности в крестьянской среде и приводили к восторженной реакции на радиопередачи [11, с. 267-268]. При этом, как справедливо отмечает Ш. Плаггенборг, «на радио смотрели, как на инструмент цивилизации крестьянского уклада жизни, а также индустриализации сельского хозяйства» [17, с. 177]. Также нельзя не согласиться с обоснованным мнением О. В. Горбачева о том, что «для советской правящей бюрократии радио было инструментом чрезвычайно полезным. Стабильность режима во многом зависела от того, насколько убедительной и оперативной будет большевистская пропаганда» [2, с. 186].

В целом, крестьянство положительно относилось к радиофикации, о чем в информационных материалах Брянской губернии о постановке культурно-просветительной работы за 1928 г. содержится следующая информация «вопросы радиофикации в последнее время занимают все большее место в быту рабочего и крестьянина. В деревне необходима радиофикация изб-читален, культурных очагов в коммунах, в коллективных хозяйствах» [11, с. 269].

При этом вопросы финансирования радиовещания были весьма острыми и злободневными. В частности, материалы Брянской губернии о культурно-просветительной работе в деревне за 1925-1926 гг. содержат сведения о том, что «дороговизна установки станций является препятствием к более широкому использованию радио» [11, с. 271-272]. В Гомельской губернии помимо традиционных недостатков с финансированием наблюдались и технические проблемы – не хватало батарей, лампочек и других запасных частей [11, с. 272].

Одновременно с этим даже при наличии технической базы радиоаппаратуры при поломке часто просто некому было заниматься ремонтом, т.к. не было квалифицированных кадров. Так, в материалах к отчету Клинцовского ОК ВКП(б) II-ой окружной партийной конференции (июль 1929 г. – май 1930 г.) имеются сведения о том, что «…до 200 радиоустановок не работают и сейчас, вследствии порчи из-за неумелого обращения, отсутствия батарей, а в основном из-за отсутствия технической силы на местах для их ремонта» [14, с. 61].

Кинофикация деревни, наряду с радиовещанием, также являлась важной задачей для власти в плане внедрения новых, советских ценностей. Для реализации этой цели в реальности было образовано акционерное общество по кинофикации деревни «Селькино» [11, с. 268]. В Брянской губернии, как и по всей стране, был выдвинут лозунг «Кино вместо водки» и для его выполнения планировалось «в деревне обеспечить кинопередвижку на волость, в крупных центрах – стационарку» [11, с. 269].

Как выше указывалось, для обслуживания кинотехники были необходимы квалифицированные кадры. В связи с этим, органы власти делали ставку на людей, которые временно были оторваны от деревенской жизни из-за военной службы и после окончания гражданской войны подлежали демобилизации. В частности, данный тезис прослеживается красной нитью в циркулярном письме Главполитпросвета № 122 от 9 августа 1926 г. В нем отмечается, что «развитие деревенской киносети вызывает спрос на квалифицированных деревенских кино-работников и их помощников. …Поэтому одной из насущных задач кинофикации деревни является увеличение кадров подготовленных деревенских кино-работников и создание в деревне кино-актива. В целях осуществления этих задач необходимо путем предварительной подготовки использовать силы демобилизующихся красноармейцев» [2, д. 8, л. 24]. Для большей эффективности и заинтересованности в деле продвижения кино в деревню рекомендовалось «…провести среди всей массы демобилизующихся ряд докладов в сопровождении с демонстрацией фильмов и кино-передвижной аппаратуры. Эти доклады, содержание кинокартин и демонстрирующая их кино-передвижка должны вскрыть перед красноармейской массой огромное значение кинофикации деревни…» [2, д. 8, л. 25].

С этой же целью популяризации кинематографа организовывались курсы и конкурсы, о чем также сохранилась информация в архивных материалах. Так, в извещении отдела инвентаризации изб-читален Главполитпросвета сообщается, что «…осенью текущего года (1925 г.) организуются курсы инструкторов кинопередвижного дела. В связи с этим отдел просит все организации участвующие в конкурсе на лучшую работу кино-передвижки прислать все материалы в течение августа месяца. Отдел просит поспешить с подготовкой материалов по конкурсу» [3, д. 1, л. 202].

С целью популяризации и доступности такого технического новшества как кинематограф осуществлялась и публикационная деятельность, т.к. власти понимали его значение в деле просвещения деревни. В частности, в 1924 г. в издательстве «Красная новь» была опубликована методичка Главполитпросвета под красноречивым названием «Кино в деревню». В ней отмечалось «…громадное значение кино в политико-просветительной работе в деревне…» [3, д. 1, л. 9].

Кроме констатации данного очевидного факта, содержалась информация о предоставлении льгот для приобретения кинотехники: «передвижные киноаппараты «ГОЗ» будут предоставляться всем Политпросветам и другим учреждениям и организациям на льготных условиях в кредит с рассрочкой на 6 месяцев. Условия получения киноаппарата «ГОЗ» следующие: при заказе вносятся 25% общей суммы стоимости аппарата и остальные 75% вносятся равными частями в течение 5 месяцев. Стоимость полного комплекта кино-передвижки с динамо-машиной, экраном и полной арматурой исчисляется в 640 рублей» [3, д. 1, л. 10].

Для популяризации кинематографа и его доступности в крестьянской среде органы власти принимали меры по снижению стоимости входных билетов на киносеансы. В частности, в протоколе губернского совещания при агитационно-пропагандистком отделе Брянского губкома РКП (б) 29 ноября 1924 г. имеется информация, что «средняя стоимость билета: в городских – от 30 до 40 коп., в рабочих – от 10 до 15 коп., в сельских – бесплатно» [10, с. 270]. Очевидно, что бесплатный вход на просмотры фильмов для крестьян был весьма кстати из-за низкого уровня доходов жителей деревни. При этом представители органов власти делали обоснованные выводы о том, что «киноработа в деревне явно дефицитна, что служит тормозом делу расширения кинофикации» [11, с. 271].

Следует отметить, что в распространении кинематографа, как, впрочем, и всего нового, были нередки технические проблемы, как и в ситуации с радиовещанием. Об этом свидетельствуют архивные материалы, к которым относятся сведения о поломках киноаппаратуры. Например, в запросе в отдел инвентаризации Главполитпросвета от 8 июля 1925 г. содержится информация, что «Брянский губполитпросвет, препровождая с тов. Калюжным, сотрудником Губполитпросвета динамо-машину с кино-передвижки ГО, приобретенную у вас в январе месяце 1925 г. и пришедшую в негодность, убедительно просит заменить ее на динамо-машину новой конструкции, получив от тов. Калюжного дополнительную к обмену сумму. Задержка в обмене динамо-машины вынудит нас приостановить работу кинопередвижки по губернии» [3, д. 1, л. 160].

Одновременно с этим советские органы власти предпринимали попытки держать под контролем провинциальный репертуар. Это подтверждает циркулярное письмо Гомельского губернского отдела народного образования всем инспекторам по делам печати и зрелищ, датируемое 27 октября 1925 г. В нем содержится информация о том, что «необходимо установить самый тщательный контроль за репертуаром в деревне, а в особенности в местечках и в поселках фабрично-заводского типа» [4, д. 6, л. 16]. Таким образом, технические новшества в виде кинематографа и радиовещания играли важную роль в сельском быту. Работа по внедрению технических новшеств в деревню проводилась достаточно активно, что вносило разнообразие в обыденную крестьянскую жизнь. Несомненно, что они использовались для идеологического воздействия на крестьян, однако нельзя отрицать их роль в повышении общего культурного уровня сельских жителей. При этом различные сдерживающие факторы как материально-финансового, так и технического плана, замедляли распространение кинематографа и радиовещания. Нельзя отрицать и того очевидного факта, что большинство кинорепертуара 1920-х гг. было оторвано от реальной действительности. В связи с этим, можно согласиться с мнением О. В. Горбачева о том, что «…деревня продолжала оставаться падчерицей советского кинопроката» [6, с. 243].

Список литературы:

  1. Винокуров, А. И., Сикорский, Е. А. (2017). Исторические конструкции систем социокультурных институтов на Смоленщине в первые годы после победы октября и на современном этапе // Россия и Беларусь: история и культура в прошлом и настоящем. № 2. С. 224-230.
  2. ГАБО (Государственный архив Брянской области). Ф. 2029. Оп. 1.
  3. ГАБО. Ф. 2029. Оп. 1.
  4. ГАБО. Ф. 2388. Оп. 1.
  5. Горбачев, О. В. (2018). Радио и освоение советского пространства. О книге С. Ловелла «Россия в микрофонную эру. История советского радио, 1919-1970». Оксфорд; Нью-Йорк, 2015. XI, 237 с. // Вестник Томского государственного университета. История. № 56. С. 186-193.
  6. Горбачев, О. В. (2017). Кино для деревни: советский художественный кинематограф и крестьянский зритель в 1920-е – начале 1950-х гг. // Документ. Архив. История. Современность. № 17. С. 230-244.
  7. Горяева, Т. М. (2009). Радио России. Политический контроль радиовещания 1920-х – 1930-х гг. М.: РОССПЭН.
  8. Жданкова, Е. А. (2013). Кинотеатры в СССР глазами зрителей: ожидания и повседневность в период нэпа (на материале анкетирования и социологических опросов, проведенных в кинотеатрах) // Вестник Пермского университета. Серия: История. № 3 (23). С. 136-143.
  9. Захарова, Т. В. (2014). Особенности культурного строительства в Горном Алтае в 1920-е гг. // Этносоциальные проблемы регионов Сибири. Горно-Алтайск: Горно-Алтайский государственный университет. С. 34-45.
  10. Кулачков, В. В. (2014). Распространение новых культурных институтов в деревне Западного региона России 1920-х гг. // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. № 8 (179). С. 10-114.
  11. Кулачков, В. В. (2014). Крестьянство Западного региона России в 1920-е гг. (социокультурные изменения). Брянск: БГИТА.
  12. Мазур, Л. Н. (2011). «Деревенское» кино как исторический источник: опыт количественного анализа // Актуальные проблемы аграрной истории Восточной Европы: источники и методы исследования. № 1. С. 344-355.
  13. Мазур, Л. Н. (2018). Раннесоветский кинематограф как инструмент формирования синдрома войны // Советский проект. 1917 – 1930-е гг.: этапы и механизмы реализации. Сборник научных трудов. Екатеринбург. С. 73-85.
  14. Материалы к отчету Клинцовского ОК ВКП (б) II-ой окружной партийной конференции (Июль 1929 г. – Май 1930 г.). (1930). г. Клинцы Западной области.
  15. Мурашов, Ю. (2019). Советский этос и радиофикация письма. URL: http://www.zh-zal.ru/nlo/2007/86/mu2.html (дата обращения: 6.06.2019).
  16. Петрова, В. Д. (2014). Деятельность общества «Друзей радио» в Якутии в 1920-1930-х годах XX в. // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. № 4 (30). С. 89-95.
  17. Плаггенборг, Ш. (2000). Революция и культура: культурные ориентиры в период между Октябрьской революцией и эпохой сталинизма / Пер. с нем. Ирины Карташевой. СПб.: Журнал «Нева».
  18. Полянскова, Л. Ю. (2010). Влияние радио- и кинофикации деревни на социокультурный облик крестьянства Среднего Поволжья (1921-1929 гг.) // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. № 1 (5). С. 130-132.
  19. Смагина, С. В. (2019). «Новая женщина» в советском кинематографе 1920-х гг. как феномен // Вестник славянских культур. № 51, 1. С. 257-266.
  20. Шестопалова, Е. В. (2008). История становления и развития радиовещания в Иркутской области в 1920 – 1930-е годы: автореф. дис. … канд. истор. наук: 07.00.02. Иркутск. URL: https://pandia.ru/text/78/055/65169.php (дата обращения: 6.06.2019).

References:

  1. Vinokurov, A. I., Sikorskij, E. A. (2017). Istoricheskie konstrukcii sistem sociokul’turnyh institutov na Smolenshchine v pervye gody posle pobedy oktyab-rya i na sovremennom etape [Historical constructions of systems of social and cultural institutions in Smolensk region in the first years after the victory of October and at the present stage] in Rossiya i Belarus’: istoriya i kul’tura v proshlom i nastoyashchem, 2, 224-230. (in Russian).
  2. Gorbachev, O. V. (2018). Radio i osvoenie sovetskogo prostranstva. O knige S. Lo-vella «Rossiya v mikrofonnuyu eru. Istoriya sovetskogo radio, 1919-1970». Oksford; N’yu-Jork, 2015. XI, 237 s. [Radio and the development of the Soviet space. About S. Lovell’s book » Russia in the microphone era. History of Soviet radio, 1919-1970″. Oxford; New York, 2015. XI, 237 p.] in Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Istoriya. 56, 186-193. (in Russian).
  3. Gorbachev, O. V. (2017). Kino dlya derevni: sovetskij hudozhestvennyj kinematograf i krest’yanskij zritel’ v 1920-e – nachale 1950-h gg. [Cinema for the village: Soviet art cinema and peasant audience in the 1920s-early 1950s] in Dokument. Arhiv. Istoriya. Sovremennost’. 17, 230-244. (in Russian).
  4. Goryaeva, T. M. (2009). Radio Rossii. Politicheskij kontrol’ radioveshchaniya 1920-h-1930-h gg. [radio of Russia. Political control of radio broadcasting of the 1920s-1930s.] Moscow, ROSSPAN Publ. (in Russian).
  5. Zhdankova, E. A. (2013). Kinoteatry v SSSR glazami zritelej: ozhidaniya i povsednevnost’ v period nepa (na materiale anketirovaniya i sociologicheskih oprosov, provedennyh v kinoteatrah) [Cinemas in the USSR through the eyes of the audience: expectations and everyday life during the NEP (based on questionnaires and sociological surveys conducted in cinemas)] in Vestnik Permskogo universiteta. Seriya: Istoriya. 3 (23), 136-143. (in Russian).
  6. Zaharova, T. V. (2014). Osobennosti kul’turnogo stroitel’stva v Gornom Altae v 1920-e gg. [Features of cultural construction in the Altai Mountains in the 1920s.] in Etnosocial’nye problemy regionov Sibiri. Gorno-Altaisk, Gorno-Altaisk state University Publ., 34-45. (in Russian).
  7. Kulachkov, V. V. (2014). Rasprostranenie novyh kul’turnyh institutov v derevne Zapadnogo regiona Rossii 1920-h gg. [The spread of new cultural institutions in the village of the Western region of Russia in the 1920s.] in Nauchnye vedomosti Belgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. Politologiya. 8 (179), 110-114. (in Russian).
  8. Kulachkov, V. V. (2014). Krest’yanstvo Zapadnogo regiona Rossii v 1920-e gg. (sociokul’turnye izmeneniya) [The peasantry of the Western region of Russia in the 1920s (sociocultural changes)]. Bryansk, BGITA Publ. (in Russian).
  9. Mazur, L. N. (2011). «Derevenskoe» kino kak istoricheskij istochnik: opyt kolichestvennogo analiza [«Village cinema as a historical source: the experience of quantitative analysis] in Aktual’nye problemy agrarnoj istorii Vostochnoj Evropy: istochniki i metody issledovaniya. 1, 344-355. (in Russian).
  10. Mazur, L. N. (2018). Rannesovetskij kinematograf kak instrument formirovaniya sindroma vojny [Early Soviet cinema as a tool of war syndrome formation] in Sovetskij proekt. 1917–1930-e gg.: etapy i mekhanizmy realizacii. Sbornik nauchnyh trudov. Ekaterinburg, 73-85. (in Russian).
  11. Murashov, Yu. (2019). Sovetskij etos i radiofikaciya pis’ma [Soviet ethos and radio writing]. URL: http://www.zh-zal.ru/nlo/2007/86/mu2.html free (date accessed: 6.06.2019). (in Russian).
  12. Petrova, V. D. (2014). Deyatel’nost’ obshchestva «Druzej radio» v YAkutii v 1920–1930-h godah XX v. [Activity of society «Friends of radio» in Yakutia in 1920 – 1930-IES of XX century] in Gumanitarnye issledovaniya v Vostochnoj Sibiri i na Dal’nem Vostoke Gumanitarnye issledovaniya v Vostochnoj Sibiri i na Dal’nem Vostoke. 4 (30), 89-95. (in Russian).
  13. Plaggenborg, Sh. (2000). Revolyuciya i kul’tura: kul’turnye orientiry v period mezhdu Oktyabr’skoj revolyuciej i epohoj stalinizma [Revolution and culture: cultural landmarks in the period between the October revolution and the era of Stalinism] / Trans. Irina Kartashova. St. Petersburg, Neva Magazine Publ. (in Russian).
  14. Polyanskova, L. Yu. (2010). Vliyanie radio- i kinofikacii derevni na sociokul’turnyj oblik krest’yanstva Srednego Povolzh’ya (1921-1929 gg.) [The influence of radio and cinema of the village on the socio-cultural image of the peasantry of the Middle Volga region (1921-1929)] in Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul’turo-logiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. 1 (5), 130-132. (in Russian).
  15. Smagina, S. V. (2019). «Novaya zhenshchina» v sovetskom kinematografe 1920-h gg. kak fenomen [«The new woman» in Soviet cinema of the 1920s as a phenomenon] in Vestnik slavyanskih kul’tur. 51, 1, 257-266. (in Russian).
  16. Shestopalova, E. V. (2008). Istoriya stanovleniya i razvitiya radioveshchaniya v Irkutskoj oblasti v 1920 – 1930-e gody. [History of formation and development of radio broadcasting in the Irkutsk region in the 1920s-1930s]. (doctoral dissertation abstract). Irkutsk. URL: https://pandia.ru/text/78/055/65169.php free (date accessed: 6.06.2019). (in Russian).