Служение православного военного духовенства в период Первой мировой войны

Полное название

Служение православного военного духовенства в период Первой мировой войны

Full title

The service of the Orthodox military clergy during the First World war.

О публикации

Авторы:
18 сентября года в
35

Первая мировая война сыграла роль «испытания на прочность» для всех общественных и политических институтов Российской империи. Эта истина справедлива, в том числе, по отношению к Русской православной церкви. Вызовы, порожденные войны, поставили перед ее представителями целый ряд новых задач. И в наибольшей степени увеличение нагрузки на церковь проявилось в отношении священнослужителей, чьи обязанности включали в себя служение непосредственно на линии фронта, т.е. военного духовенства.

Целью данной работы является осуществление комплексной оценки служения российского военного духовенства в период Первой мировой войны. Методология работы сформирована на основе сочетания сравнительного, структурного и историко-генетического анализа.

Еще в предвоенный период круг задач священнослужителей, исполнявших свой пастырский долг в рядах Вооруженных Сил, был достаточно обширен. С одной стороны, представители военного духовенства должны были обеспечивать удовлетворение религиозных потребностей военнослужащих. Как и на «гражданских» священнослужителях, на них было возложено выполнение богослужебных обязанностей. Военное духовенство в полном объеме выполняло свои основные функции: проводило литургии и молебны, организовывало проповеди и крестные ходы, предоставляло прихожанам в лице военнослужащих возможность участвовать в таинствах, освящало знамена, вооружение, технику и укрепления и т.д. [10, с. 60; 4, с. 21].

С другой стороны, на военное духовенство были возложены обязанности, связанные с административно-хозяйственной и воспитательной работой, а также просветительской деятельностью. Также, в неформальном порядке на священнослужителей возлагалась задача обеспечения высокого уровня морального состояния бойцов и урегулирования конфликтов между военнослужащими [1, с. 205].

Представители военного духовенства находились в двойном подчинении: они были встроены в «вертикаль власти» по церковной линии, возглавляемую протопресвитером Вооруженных Сил и в то же время должны были следовать распоряжениям вышестоящих представителей ведомств, занимавшихся снабжением войск. Это в том числе подразумевало необходимость ведения двойной отчетности. Священники составляли описи церковного имущества, заполняли и оформляли документацию относительно прихода и расхода полученных средств, вели исповедные росписи, отвечали за работу с клировыми ведомостями и метрическими книгами, должны были регулярно направлять командованию отчеты о моральном состоянии и настроениях в части [6, с. 54; 11, с. 14].

Одновременно военное духовенство вело воспитательную работу среди солдат и офицеров, которая не ограничивалась богослужебными практиками. Священнослужители проводили коллективные и личные беседы, как с офицерами, так и с нижними чинами. Борьба с алкоголизмом, распространением азартных игр, бытовым насилием внутри казарм, воспитание патриотизма, борьба с антиправительственной пропагандой – вот далеко не полный перечень задач, которых в повседневном порядке приходилось решать представителям военного духовенства [5, с. 65; 2, с. 70]. При этом зачастую у них отсутствовала возможность использовать универсальные методики воспитательной работы: даже внутри одного подразделения внутри личного состава были заметны существенные отличия в зависимости от возраста, уровня образования, места призыва и т.д. [8, с. 12; 7, с. 91]. Воспитательная деятельность тесным образом сочеталась со служением в рамках просветительской и образовательной деятельности. Педагогический процесс открывал для священнослужителей дополнительные возможности с точки зрения влияния на их модели поведения и систему ценностей. Однако параллельно военное духовенство решало сугубо утилитарную задачу. Участие в современной войне требовало от солдата умения обращаться со сложной техникой и хотя бы элементарной грамотности. Однако многие солдаты призывались в ряды Вооруженных Сил, не умея читать и писать. Командование ликвидировало нехватку знаний с их стороны за счет работы воскресных школ и школ грамотности, педагогический состав которых был укомплектован преимущественно за счет священнослужителей. [8, с. 35; 12, с. 92].

Таким образом, уровень нагрузки на военное духовенство еще до начала боевых действий уже был весьма высок. Однако реалии Первой мировой войны потребовали от священнослужителей взять на себя еще более тяжелую ношу.

Во-первых, его представителям придали ряд новых функций. В силу нехватки медицинского персонала священнослужителей начали массово привлекать к оказанию помощи раненым. В частности, главные полевые и полковые священники должны были в обязательном порядке помогать врачам и санитарам при перевязке ран и в иных нуждах. Для этого им приходилось осваивать навыки первой помощи в рамках 10-дневных медицинских курсов при прибытии в действующую армию. Представители военного духовенства также привлекались к работе по эвакуации раненных и тел убитых с поля боя. С этой целью их включали в состав особых санитарных команд. Одновременно священнослужителям поручалось заниматься извещением семей погибших о постигшей их утрате. Равным образом представители военного духовенства должны были заниматься сбором средств на поддержку семей погибших и бывших сослуживцев, ставших в результате боевых действий инвалидами. При этом священнослужители были обязаны в полном объеме выполнять функции, возложенные на них еще в довоенный период [3, с. 55].

Во-вторых, военному духовенству приходилось выполнять задачи, связанные с захоронением жертв войны. Они участвовали в поиске и транспортировке тел с поля боя, отпевали погибших и устраивали их погребение, именно на священнослужителей была возложена забота о содержании в надлежащем состоянии могил и кладбищ. Все это естественным образом оборачивалось ростом психологической нагрузки на представителей военного духовенства. Однако они были обязаны подавлять собственный стресс и вести работу по подъему боевого духа оставшихся в строю военнослужащих и утешению раненных в госпиталях [9, c. 165].

Таким образом, в период Первой мировой войны объем служения военного духовенства России существенным образом вырос. Помимо решения богослужебных, воспитательных, пропагандистских, просветительских и административных задач, приписанные к Вооруженным Силам священнослужители начали оказывать помощь врачам и санитарам, участвовать в эвакуации раненных и тел погибших. На них была возложена обязанность выстраивать коммуникацию с семьями жертв войны. Косвенным образом, в рамках организации благотворительных акций, они участвовали в обеспечении социальной защиты инвалидов и семей погибших военнослужащих.

С учетом относительной немногочисленности корпуса военного духовенства появление у его представителей новых обязанностей, наряду с необходимостью участвовать в похоронах погибших и утешении раненых, привело к качественному росту объема физической и психологической нагрузки на священнослужителей. Однако даже столь существенное увеличение давления на военное духовенство не привело к возникновению внутреннего кризиса, который проявился бы посредством утраты веры, массового исхода людей из рядов священства и т.д. Последнее косвенно указывает на то, что военное духовенство сумело адаптироваться к новым условиям работы, несмотря на их очевидную «токсичность». Это можно рассматривать как свидетельство высокого уровня мотивации и работоспособности священнослужителей, разделивших с Вооруженными Силами тяготы войны.

Список литературы:

  1. Абрамов А. П., Емельянов С. Н. Взаимоотношения военного духовенства и офицеров русской армии и флота в XIX – начале ХХ веков // Известия Юго-Западного государственного университета. 2012. № 5 (44). Ч. 1. С. 204-207.
  2. Байдаков А. В. История становления и развития организационной структуры православного духовенства в Вооруженных Силах Российского государства // Журнал Московской патриархии. 2003. № 6. С. 66-81.
  3. Емельянов С. Н. Новые вызовы и задачи: военное духовенство в годы Первой мировой и гражданской войн // Вестник Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина. 2015. Т. 4. № 2. С. 51-60.
  4. Иванов В. П. Становление и развитие системы религиозного воспитания военнослужащих русской армии (XVIII – начало XX века). М., 2013.
  5. Катехизис русского солдата. М., 1913.
  6. Котков В. М. Георгий Шавельский — протопресвитер армии и флота Российской империи // Военно-исторический журнал. 2015. № 5. С. 53-57.
  7. Котков В. М. Материалы РГИА (Санкт-Петербург) об участии военного духовенства Российской империи в Первой мировой войне // Общество. Среда. Развитие. 2018. № 4 (49). С. 88-98.
  8. Руководственные указания духовенству действующей армии. 2-е изд. Петроград, 1916.
  9. Сенин А. С. Армейское духовенство в России в Первую мировую войну // Вопросы истории. 1989. № 10. С. 163-170.
  10. Старостенко Э. В. Мобилизация и деятельность православного военного духовенства на территории Беларуси в годы Первой мировой войны (август 1914 — февраль 1917 гг.) // Вестник Полоцкого государственного университета. Серия A: Гуманитарные науки. 2018. № 9. С. 59-63.
  11. Циндренко Ю. П., Зеленина Т. Р. Военное духовенство на фронтах первой мировой // Общество, государство, право. 2014. № 4. С. 1-24.
  12. Шавельский Г. И. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. Нью-Йорк, 1954.

References:

  1. Abramov, A. P., Emel’yanov, S. N. Vzaimootnosheniya voennogo dukhovenstva i ofitserov russkoi armii i flota v XIX – nachale XX vekov [Relations between the military clergy and officers of the Russian army and navy in the 19th — early 20th centuries] in Izvestiya Yugo-Zapadnogo gosudarstvennogo universiteta [News of Southwest State University], 2012, No. 5 (44), part. 1, pp. 204–207. (in Russian).
  2. Baidakov, A. V. Istoriya stanovleniya i razvitiya organizatsionnoi struktury pravoslavnogo dukhovenstva v Vooruzhennykh Silakh Rossiiskogo gosudarstva [History of the formation and development of the organizational structure of the Orthodox clergy in the Armed Forces of the Russian state] in Zhurnal Moskovskoi patriarkhii [Journal of the Moscow Patriarchate], 2003, no 6, pp. 66–81. (in Russian).
  3. Emel’yanov, S. N. Novye vyzovy i zadachi: voennoe dukhovenstvo v gody Pervoi mirovoi i grazhdanskoi voin [New challenges and challenges: the military clergy during the First World War and the Civil War] in Vestnik Leningradskogo gosudarstvennogo universiteta im. A. S. Pushkina [Vestnik of Pushkin Leningrad State University], 2015, vol. 4, No. 2, pp. 51-60. (in Russian).
  4. Ivanov, V. P. Stanovlenie i razvitie sistemy religioznogo vospitaniya voennosluzhashchikh russkoi armii (XVIII – nachalo XX veka) [Formation and development of the system of religious education of servicemen of the Russian army (XVIII — early XX centuries)]. Moscow, 2013. (in Russian).
  5. Katekhizis russkogo soldata [Catechism of a Russian soldier]. Moscow, 1913. (in Russian).
  6. Kotkov, V. M. Georgii Shavel’skii — protopresviter armii i flota Rossiiskoi imperii [Georgy Shavelsky — Protopresbyter of the Army and Navy of the Russian Empire] in Voenno-istoricheskii zhurnal [Military Historical Journal], 2015, No. 5, pp. 53-57. (in Russian).
  7. Kotkov, V. M. Materialy RGIA (Sankt-Peterburg) ob uchastii voennogo dukhovenstva Rossiiskoi imperii v Pervoi mirovoi voine [Materials RGIA (St. Petersburg) on the participation of the military clergy of the Russian Empire in the First World War] in Obshchestvo. Sreda. Razvitie [Society. Environment. Development], 2018, No. 4 (49), pp. 88-98. (in Russian).
  8. Rukovodstvennye ukazaniya dukhovenstvu deistvuyushchei armii [Guidelines for the clergy of the army]. 2-e izd. Petrograd, 1916. (in Russian).
  9. Senin, A. S. Armeiskoe dukhovenstvo v Rossii v Pervuyu mirovuyu voinu [Army clergy in Russia during the First World War] in Voprosy istorii [Question of history], 1989, No. 10, pp. 163-170. (in Russian).
  10. Starostenko, E. V. Mobilizatsiya i deyatel’nost’ pravoslavnogo voennogo dukhovenstva na territorii Belarusi v gody Pervoi mirovoi voiny (avgust 1914 — fevral’ 1917 gg.) [he mobilization and activities of the Orthodox military clergy in Belarus during the First World War (August 1914 — February 1917)] in Vestnik Polotskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya A: Gumanitarnye nauki [Vestnik of Polotsk State University. Part A. Humanities], 2018, No. 9, pp. 59-63. (in Russian).
  11. Tsindrenko, Yu. P., Zelenina, T. R. Voennoe dukhovenstvo na frontakh pervoi mirovoi [Military clergy on the fronts of the First World War] in Obshchestvo, gosudarstvo, pravo [Society, State, Law], 2014, No. 4, pp. 1-24. (in Russian).
  12. Shavel’skii, G. I. Vospominaniya poslednego protopresvitera russkoi armii i flota [Memoirs of the last protopresbyter of the Russian army and navy]. N’yu-Iork, 1954. (in Russian).