Исследование истории тюрем в московском государстве: состояние и перспективы

Аннотация

Тюрьмы Московского государства как объект исторического и историко-правового исследования привлекали внимание уже в XIX в…

Annotation

Study of the history of prison in the Moscow state: status and prospects.

О публикации

Авторы:
УДК 94 (47).03 + 340.15
11 декабря года в
14

Тюрьмы Московского государства как объект исторического и историко-правового исследования привлекали внимание уже в XIX в. Однако, историографию данной темы можно разделить на два условных периода – «безархивный» и «архивный», что характерно и для ряда других объектов исследования данного периода: «В XIX столетии оформилась следующая тенденция в проведении исторических исследований: введение в научный оборот новых исторических источников путем их публикации, а уже затем, на основе использования напечатанных материалов, написание исторических трудов. Такой подход оказался достаточно продуктивным, поскольку объем опубликованных источников был довольно значительным… Вместе с тем, исследователи невольно попадали в зависимость от составителей сборников и публикаторов архивных документов. Поэтому стремление расширить источниковую базу исследований заставляло историков не ограничиваться только опубликованными материалами. Активному использованию архивных фондов способствовало начавшееся в 1869 г. издание “Описания документов и бумаг, хранящихся в Московском архиве Министерства юстиции”».

Авторы первого периода строили свои исследования на опубликованных источниках. Часть из них шла по самому простому пути и пользовалась лишь крупными памятниками права – Судебниками и Соборным уложением, а также первыми томами Полного собрания законов Российской империи. Первым исследователем тюремного вопроса, базировавшемся на всех доступных тогда опубликованных источниках, был декан юридического факультета Санкт-Петербургского университета, а позднее статс-секретарь Государственного совета Николай Дмитриевич Сергиевский. В 1887 г. вышла его монография «Наказание в русском праве XVII века», глава IIIотдела II которой была посвящена тюремному заключению. На долгие годы эти 43 страницы стали фундаментом истории тюрем Московского государства XVII в. В то же время сам Н.Д. Сергиевский признавал, что: «Причина по которой исследование ограничено XVII веком есть следующая: … во-вторых, памятники древнейшей эпохи, до XVII века, так бедны по вопросам уголовного права, что составить из них сколько-нибудь полную картину, без произвольных субъективно-созидательных дополнений, я был не в силах».

Архивный этап историографии тюрем Московского государства XVII в. следует связать с именем крупного историка отечественного права Н.Я. Новомбергского, который отмечал: «К сожалению, историко-юридическая литература располагает только одними сочинением покойного проф. Cepгиевского, в котором одна глава (3) посвящена характеристике тюремного заключения в XVII веке. Автор исчерпывающим образом использовал печатный исторический и законодательный материал. Картина получилась удручающая. Темь не менее, автор не коснулся многих сторон тюремного вопроса. И нам приходится, спустя почти тридцать лет, в свою очередь остановиться на изображении тюремного строя, как он рисуется по новым, собранным нами, архивным материалам». Н.Я. Новомбергский в рамках мнографии «Слово и дело» посвятил тюремной проблематике отдельный параграф «тюремное заключение и государево слово и дело», основанный исключительно на его архивных выписках и лишенный историографии, что объяснимо годом и местом издания – 1919 г., Томск. Н.Я. Новомбергский впоследствии, видимо, предпочитал данную работу не афишировать и она до настоящего времени осталась неизвестна широкому кругу исследователей.

В 1990-е годы интерес к истории тюремного дела в Московском государстве получил дальнейшее развитие. К числу наиболее значимых можно отнести работу В.А. Рогова «История уголовного права, террора и репрессий в Русском государстве XV-XVII вв.» 1995 г., Рассказова Л.П. и Упорова И.В. «Лишение свободы в России истоки, развитие перспективы» (1999 г.).

Первыми отдельными монографическими исследованиями, посвященными истории отечественных тюрем в X-XVIIвеках стали работы Н.И. Нарышкиной «Функционирование тюрем в России и Европе в X–XV вв.: сравнительно-правовое исследование» и «Сравнительно-правовое исследование деятельности тюрем в Российском государстве и европейских странах (XVI–XVII вв.)». Автор, несомненно, сделала важный шаг в обобщении имеющейся историографии, однако не использовала как архивные материалы, так и ряд опубликованных актов, в особенности посольские книги. Вместе с тем, в стремлении собрать в монографии все, что касается истории тюремного вопроса, Нарышкина Н.И. на странице 24 выходит за границы академического подхода: «Интересный, но далеко не бесспорный подход к определению природы происхождения терминов ≪тюрьма≫, ≪темница≫, ≪острог≫, ≪каземат≫ продемонстрировал в своей книге ≪Волхвы≫ В.А. Шемшук. Он полагает, что первоначально тюрьма именовалась ≪темница≫, из чего можно сделать вывод, что туда попадали только боги (темница = тео + ман), а то, что это было помещение без света, вполне понятно, ведь волшебные свойства невозможны без солнечного света. А при отсутствии силы богов легко можно было уничтожить. Затем темница стала именоваться ≪острогом≫ (астра + га), так как ≪сс≫ (силы сатаны) принялись уничтожать людей, прилетевших на Землю с других планет, далее остроги назывались ≪казематами≫, потому что ≪сс≫ стали уничтожать казаков и всех, не принявших язычества, и, наконец, казематы превратились в ≪тюрьмы≫, что вскрывает факт недавнего истребления тюрок (готов), не пожелавших принять реформ церкви».

Этапной в изучении истории тюрем Московского государства можно считать работу В.Н. Глазьева «Власть и общество на юге России в XVII веке: противодействие уголовной преступности», касающуюся деятельности губных старост на юге России в конце XVI-XVII вв. Впервые после Н.Я. Новомбергского, на широком круге архивных материалов, прежде всего Российского государственного архива древних актов, была дана яркая картина тюремного быта городов на территории Белгородского полка.Особо следует отметить и монографию Н.Ш. Коллман «Преступление и наказание в России раннего Нового времени», в которой выделены отдельные параграфы «поручительство и тюремное заключение», «тюрьма». Касался тюремного вопроса в связи с деятельностью Разбойного приказа В.А. Воробьев.Знаковойдля изучения специальных (особых) тюрем для особо-важных заключенных стали работы А.В. Белякова, основанные на документах Белозерской приказной избы и ряда других фондов.

Впервые в отечественной историографии широкий круг исследователей коснулся на базе архивных документов темы истории тюрем Московского государства в 2019 г. с выходом монографии «Очерки истории уголовно-исполнительной системы», семнадцать из двадцати пяти авторов касались рассматриваемой темы: Барышникова А.Е., Беляков А.В., Выхорь С.С., Глазьев В.Н., Гуськов А.Г., Лисейцев Д.В., Ляпин Д.А., Мазий Т.И., Моисеев М.В., Морохин А.В., Папков А.И., Скобелкин О.В., Сироткин С.В., Смирнова О.С., Сумин А.В., Топычканов А.В., Фурсов М.Н.

Перспективы исследования истории тюрем Московского государства, несомненно, связаны с не введенными в научный оборот документами XVI-XVII вв. К сожалению, в настоящее время не преодолен разрыв между историками, работающими в архивах, но не рассматривающих данную тематику как основную, и историками права, пользующимися, как и двести назад, в основном опубликованными документами, не знающими скоропись и не работающими с архивными документами XVI-XVII веков.