Досуг в провинциальном городе начала XX века: новые формы организации

Аннотация

Начало XX в. – это время столкновения традиций и новаций. Оно проявлялось в виде сложного диалога между различными социальными группами, стремящимися актуализировать свойственные им ценностные ориентации в виде форм духовной и материальной культуры. Под влиянием новых реалий происходили изменения в традиционных ценностях и поведении горожан. Цель данной статьи – показать, как это отражалось на проведении горожанами свободного времени. Акцент делается на новых видах занятий, связанных с физическим и духовным развитием: участии в культурно-просветительских мероприятиях, благотворительной деятельности, активном отдыхе, хобби. Делается попытка по материалам прессы оценить, какое место эти занятия занимали в досуге горожан, в чем здесь проявляются новации и как это влияло на развитие общественной жизни. Наиболее восприимчивыми к новым веяниям были представители так называемого среднего класса формирующегося буржуазного общества. И даже зрелищные мероприятия для простых обывателей становились пропагандой здорового образа жизни, разумных развлечений, нравственной траты денег на разумные и благородные цели. Новые формы проведения свободного времени способствовали объединению людей в соответствии с их занятиями, уровнем дохода и образования, ценностными ориентациями и т. п. В результате получили распространение различные организации «по интересам», что являлось отступлением от сословных традиций. Это открывало широкие возможности для самореализации, формирования активной жизненной позиции для участвовавших в них горожан и в конечном счете способствовало развитию институтов гражданского общества.

Ключевые слова и фразы: городской образ жизни, досуговая деятельность, благотворительность, просветительская деятельность, хобби, увлечения.

Annotation

Leisure in the provincial city in the beginning of the XX centuries: new forms of organization

The beginning of the 20th century was the period of the clash of traditions and innovations. It manifested itself in a complex ‘dialogue’ between different social groups striving to implement particular values in variable forms of spiritual and material culture. New ways of living were affecting the traditional values and the behavior of the townspeople. The purpose of this article is to show how this was reflected in the way the citizen spent their free time. The research focuses on such forms of social life as sparing free time, informal and non-economic regulators of behavior. New occupations were related to physical and spiritual development: enlightenment and culture, charity, active leisure, hobbies. With the use of local press materials, the author also estimates the place which these activities occupied in the life of town inhabitants. The most sensitive to such innovations were the middle-class representatives of the emerging bourgeois society. And even entertainment events served promote healthy lifestyle, reasonable entertainment and morally justified spending of money with noble purposes. New forms of leisure contributed to the unification people on the basis of their hobbies and occupations, their educational level, shared values, etc. Various leisure organization emerged. They reflected the growing tendency to create societies to suit different social interests. They promulgated new, active life position for the rising communities and for the development of institutions of civil society.

Key words and phrases: urban way of life, leisure activity, charity, enlightenment, hobby, social activities.

О публикации

Авторы: .
УДК 930.85.
DOI 10.24888/2410-4205-2019-18-1-73-84.
Опубликовано 15 марта года в .
Количество просмотров: 64.

Начало XX в. было временем больших перемен в повседневной жизни. Особенно заметно они проявлялись в городах. В них быстро росла численность социальных слоев, связанных с интенсивным развитием капиталистического уклада. Они активно усваивали ценности буржуазного образа жизни с его индивидуализмом, сциентизмом и рационализмом, стремлением к достатку и комфорту. В результате у все большего числа людей менялось отношение ко времени, свободному от профессиональных занятий, удовлетворения бытовых нужд и физиологических потребностей, т.е. к организации своего досуга. В его структуре увеличивается время, затрачиваемое на культурное развитие, самообразование, общественную деятельность, благотворительность, занятия спортом, увлечениями и хобби и т. п. Это способствовало ослаблению власти традиций в жизни общества, придавало ей больший динамизм.

Изменения в повседневной жизни в первую очередь наблюдались в столицах – Санкт-Петербурге и Москве [1; 2; 15; 16; 19; 31; 35; 38; 39; 40]. Однако и для крупных провинциальных центров были характерны подобные явления [21; 23; 24; 25; 27; 28; 29; 30]. Здесь также имелась широкая социальная база для буржуазных новаций в различных сферах повседневной жизни. Разумеется, региональная специфика накладывала свой отпечаток на этот процесс, но вектор перемен в досуговой деятельности, если говорить об «исконно» русских территориях, был общим. Так что обращение к опыту провинции дает возможность многое прояснить в ее динамике в масштабах всей страны.

Новые формы времяпрепровождения активно пропагандировали средства массовой информации. Поэтому содержащиеся в них репортажи, заметки, публицистические статьи, фельетоны, реклама являются важным источником для исторических реконструкций. Они позволяют получить адекватное представление о том, как менялись предпочтения в досуговой сфере, чем они были вызваны, как на практике новые веяния реализовывались в повседневной жизни.

Сказанное объясняет выбор темы настоящей статьи. Она посвящена анализу новых форм организации свободного времени в Екатеринбурге, ставшему к началу XX в. одним из ведущих промышленных и культурных центров на востоке страны. Основное внимание уделяется занятиям, связанным с физическим и духовным развитием: участию в культурно-просветительских мероприятиях, благотворительной деятельности, активному отдыху, хобби. Делается попытка по материалам прессы оценить, какое место они занимали в досуге горожан, в чем здесь проявляются новации и как это влияло на развитие общественной жизни.

Активный и здоровый образ жизни

Достижения в области биологии, физиологии, медицины позволили ввести в обиход понятие здорового образа жизни. Особенно активно этому способствовала пресса. Лозунг «Здоровье – это богатство» внедрялся через рекламу лекарственных и косметических средств, правильного питания, путем пропаганды различных способов поддержания красивого и здорового тела. К концу XIX столетия многие жители Екатеринбурга стали использовать свободное время для занятий физкультурой и спортом. Несомненное влияние на жизнь в уральской провинции оказывал образ жизни российских столиц, а также Варшавы, Риги и некоторых других.

Подобное увлечение в конце концов привело к возникновению ряда спортивных обществ. Новые общественные организации постепенно обзавелись собственными спортивными объектами (ипподром, тир, велодром), что повлекло массовое участие горожан в спортивных мероприятиях. Первыми в Екатеринбурге по времени возникновения были Общество любителей конского бега и Общество велосипедистов-любителей. Местные любители велосипедного спорта разработали программный документ по образцу устава Московского общества велосипедистов-любителей. Почти все новоявленные велосипедисты-любители были предпринимателями, т. к. покупка хорошего велосипеда была по карману только состоятельному человеку.

Общество велосипедистов-любителей организовывало проведение регулярных спортивных состязаний, загородных велосипедных прогулок. Помимо этого, оно старалось популяризировать такие новые виды спорта, как французская и русско-шведская борьба, теннис, тяжелая атлетика, футбол, гонки на мотоциклетках и автомобилях. Этому способствовала организация проката спортивного инвентаря. Соревнования по гиревому спорту, чемпионаты по борьбе (в том числе и женской), боксу нередко проводились в помещениях цирка. А в декабре 1911 г. американец Гарри Блаквель в здании цирка на Дровяной площади Екатеринбурга открыл скеттинг-ринг [55].

Если Общество велосипедистов и любителей физического развития стремилось сделать занятия спортом массовым, то Общество правильной охоты и Общество охотников конского бега являлись в значительной мере элитарными организациями. Тем не менее ипподром был одним из самых посещаемых мест в Екатеринбурге. Это объяснялось наличием в Екатеринбурге большого количества любителей конских скачек. Руководители спортобщества постоянно принимало меры по улучшению качества скаковых лошадей, увеличению разнообразия программы скачек. Одновременно менялось оборудование ипподрома: были устроены крытый павильон с ложами для членов общества, обустроены ряды для зрителей. Увеличению интереса к скачкам способствовала организация тотализатора.

Специально стали уделять внимание физическому воспитанию детей. Автор заметки о значении подвижных игр приводит слова Кубертена, который видел причину превосходства нравственности английской молодежи над русской в любви к играм и спорту [9, с. 81]. Журналисты и публицисты почему-то настаивали на прогрессивности английской системы. «Нигде не обращают такого внимания на гигиену, физическое воспитание, как там. В детях с самого раннего возраста развивают дисциплину и уважение к старшим» [33, с. 130]. Особо отмечалось, что регулярная физическая подготовка начиная с 12-летнего возраста делала «молодых людей хорошими, полезными и здоровыми гражданами и развить в них понятие о дисциплине, самовоспитании и взаимной поддержке» [8, с. 17].

Читающая публика имела возможность получать информацию о развитии спорта в странах Европы и Америки. В частности, для женщин были рекомендованы гребля при катании на лодке, плавание, управление небольшим парусом, игра в серсо, мяч, футбол, теннис, крокет, езда верхом и на велосипеде. «Круглый год доступно бегание, ходьба, прыганье, фехтование, лазанье по шестам (летом – по деревьям и горам), бросанье диска и копья, зимой – катание на лыжах и коньках» [14, с. 23]. Зимой на городском пруду Екатеринбурга обустраивался каток. Летом усилиями местных властей и частных лиц по берегам реки Исети в черте города были организованы общественные и частные купальни. За порядком на набережных городского пруда следили полицмейстер и приставы [47].

Берега городского пруда и рек, протекающих непосредственно в городской черте, использовались горожанами для прогулок и пикников. Это было тем более актуально, что в городе было мало мощеных улиц, о чем нередко и писали местные газеты: «Тяжело оставаться на лето в городе. Вихрем носится уже по улицам пыль. Обдает и колет лицо, слепит глаза, проникает в дыхательные органы. Через месяц прибавится невыносимая жара духота. Далеко не все дети так счастливы, чтобы уехать на лето из шумного, пыльного, душного, порой зловонного Екатеринбурга» [17].

Показателем происходящих кардинальных изменений в мировоззрении горожан является распространение более рационального взгляда на здоровье. Оно становится необходимостью, от него зависели работоспособность и профессиональный успех. Рынок товаров и услуг моментально отреагировал на эти требования времени.

Новым видом отдыха постепенно становилась специальная деятельность, прицельно направленная на продуцирование или восстановление здоровья. В частности, популярность стал набирать выезд на природу. Постепенно все большее число служащих горожан выезжало на курорты, чтобы «поправить нервы» от мучительной сутолоки городской жизни» [3, с.5]. Стали издаваться специальные справочники и путеводители по курортам России. Автор одного из них утверждал, что «по своему химическому составу некоторые уральские минеральные источники не уступают источникам Кавказа и Западной Европы. Отмечены усилия арендаторов, которые устремили свое внимание на устройство лечебного места» [4, с.102].

Популярностью пользовался и кумысный курорт в Каменском заводе. Близость железнодорожной станции и умеренные цены делали его доступным даже для небогатых чиновников, студентов, учителей и др. «Поездки на кумыс являются обычным явлением в жизни народного учителя. Задача организации кумысолечения очень насущная жизненной потребности народного учителя, чтобы он не спрашивал, куда ему ехать на кумыс с небольшими средствами, без рекомендаций и субсидий» [57; 34]. Конечно, для большей части населения это было трудно реализуемой задачей в силу материальных ограничений.

В этот же период получает распространение познавательный туризм в пределах своего региона. С одной стороны, это являлось следствием растущего интереса к истории и культуре края. С другой стороны, если раньше поездки за «впечатлениями» были уделом представителей высших сословий, то теперь они становились возможными для простых обывателей. Стали издаваться специальные открытки с видами и справочники путешественников по железным дорогам с описанием станций и достопримечательностей тех мест [5; 6; 7].

Познавательный отдых

Вообще, познавательный отдых стали активно использовать в целях воспитания и образования. Местная пресса поддерживала такой подход. «При современном капиталистическом строе жизни, развивающейся весьма односторонне на меркантильных интересах, необходимо какое-либо разумное развлечение, которое отвлекло бы общество от пьянства, игры в карты, от посещения различного вида и типов питейных заведений, притонов разврата и разгула» [13]. Возник проект учреждения «Общества народных развлечений», которое и должно было взять на себя работу рационального устройства народных развлечений по широкой программе, включая спектакли, просветительные чтения, научные лекции, дешевый буфет и кинематограф со здоровым репертуаром [18].

Особое внимание уделялось воспитанию любознательности и эстетического вкуса у детей. Но к таким играм, как шашки и шахматы, игрушки-загадки и различные головоломки, рекомендовали относиться сдержанно, поскольку они слишком утомительны и для взрослых, а на нервную систему детей действуют весьма изнуряюще [11, ст. 1234]. В то же время поддерживались подвижные игры, экскурсии. Так, Екатеринбургский семейно-педагогический кружок организовывал колонии в Верхнем Тагиле для учащихся мальчиков и девочек [58]. Его усилиями также была организована площадка для игр в саду мужской гимназии под наблюдением опытной руководительницы слушательницы курсов Лесгафта.

Общепринятым становится представление, что прививать детям интерес к полезным знаниям и занятиям должны родители. Этому должны были способствовать разнообразные журналы и книги для семейного и детского чтения. Взрослые также могли проводить время за играми. Кроме традиционных карт, лото, домино предлагались «Домашний ипподром. Иллюзия настоящих скачек. Футбол на столе. Рысистое дерби с тотализатором. Московские трамваи. (План Москвы, 10 вагонов, билеты – копия настоящих)» [37].

Большое влияние на домашние занятия в свободное время и хобби оказал технический прогресс. Реклама в местной газете утверждала: «Теперь счастье и радость Вашей семьи зависит только от Вас! Продажа французских граммофонов» [41]. Также распространяются аппараты для показа в домашних условиях волшебных картин и стереоскопические виды к ним. Отдельные горожане начинают заниматься фотографией. Для увлеченных ею издавались специализированные журналы: «Фотограф-любитель», «Фотографические новости», «Фотографический листок», «Фотографическое обозрение».

Одновременно наблюдался рост популярности различных видов коллекционирования. В Екатеринбурге, помимо увлечения минералогией, нумизматикой, филателией, филокартией занимались разведением аквариумных рыбок, комнатных растений и домашних животных.

Еще одним распространенным явлением были домашние музыкальные или театральные постановки. Для них выписывались ноты, сценарии, шились костюмы [20; 26; 42; 43]. В этом участвовали представители самых разных слоев населения. Они объединялись в различные ассоциации, как имевшие официальный статус, так и незарегистрированные. Распространению любительских объединений способствовало появление двух новых концертных и театральных помещений: концертного зала И. З. Маклецкого и Верх-Исетского Народного дома.

Если сооружение концертного зала было заслугой частного лица, то честь создания Народного дома принадлежала Екатеринбургскому уездному Комитету попечительства о народной трезвости, созданному по решению министерства финансов и призванного бороться с пьянством. Разрабатывая способы борьбы с пьянством, Комитет сделал ставку на «полезно-увеселительные» учреждения, под которыми понимались: «народный театр, чайные, народные чтения с певческими хорами и тому подобные развлечения» [10, л.28]. Устраиваемые спектакли «охотно посещались “народом”, серой массой и вообще недостаточной публикой» [52].

В 1900-х гг. появляются новые моменты в деятельности местных клубов. Они начали проявлять интерес к лекционной деятельности. В Благородном собрании этим занимался кружок технической интеллигенции и Общество любителей изящных искусств. В Общественном и Коммерческом собраниях часто проводились популярные общедоступные лекции по истории, праву, медицине. В качестве лекторов приглашали местных и приезжих адвокатов, врачей, литераторов и других специалистов из разных областей. Особой популярностью пользовались лекции по медицине и гигиене. Иногда лекции сопровождали картинами «волшебного фонаря». Лекционной деятельностью также занималось и Офицерское собрание, действовавшее при расквартированных в Екатеринбурге воинских частях. Среди офицеров было много образованных людей, проявлявших интерес к различным отраслям знаний, в частности к географии. Так, в декабре 1909 г. в прессе появилось объявление: «15 декабря в собрании Борисовского батальона доклад А. Р. Бейера о поездке и пребывании на острове Шпицбергене. Вход платный по рекомендации членов собрания. Начало в 8 часов вечера» [55].

Важную роль в распространении полезных знаний сыграла Сибирско-Уральская научно-промышленная выставка 1887 г., организованная Уральским обществом любителей естествознания (УОЛЕ) при активной поддержке властных структур разного уровня. Свыше 80 тысяч посетителей смогли ознакомиться с почти четырьмя тысячами экспонатами, представленными на ней [22, с. 60]. Из-за нехватки средств городским властям и общественным организациям оказалась не под силу повторить выставочные мероприятия аналогичных масштабов.

Выходом из этой ситуации стало проведение малых специализированных выставок, инициаторами проведения которых стали общественные организации, в частности Екатеринбургское общество любителей изящных искусств (ЕОЛИИ) и отдел Российского общества сельскохозяйственного птицеводства. Благодаря поддержке членов УОЛЕ художники получили возможность разместить свои работы в одном из залов своего музея. Кроме того, УОЛЕ приняло решение экспонировать собственные художественные полотна. Еще одной изюминкой городской повседневности стали передвижные выставки самого разного характера, в том числе и живописные.

Как отмечалось в иллюстрированном альбоме по истории строительства Западно-Уральской железной дороги, в Екатеринбурге было «не мало удобств и в отношении отдыха и развлечений. Музей, театры, клубы, библиотеки, различные учебные заведения. В окрестностях есть оригинальные и живописные уголки природы, привлекающие туристов и городских экскурсантов» [36, с.55]. И это способствовало распространению «разумных» развлечений, и тенденция познавательного проведения времени была отчетливой.

Благотворительная деятельность

Все спортивные и просветительские мероприятия проводились социально активными жителями города. Похожая картина наблюдалась в организации благотворительной деятельности. В конце XIX – начале XX в. она была неотъемлемой частью городской жизни. В этот период существовало около 15 частных и общественных организаций, созданных для оказания помощи нуждающимся. Также появлялись различные дома трудолюбия, ночлежки, приюты для детей и престарелых. Весомый вклад в материальное поддержание их деятельности вносили горнопромышленники, купцы, состоятельные горожане. В то же время все большее число горожан начинает принимать участие в благотворительных мероприятиях и как организаторы, и как зрители.

В период рождественских и новогодних праздников, а также масленицы проводилось больше всего благотворительных вечеров. Тогдашние корреспонденты отмечали: «Куда не загляните – везде народ. Положительно приходится удивляться, как это Екатеринбург выдерживает столько различных собраний, заседаний, а главное, предприятий увеселительного или благотворительного характера. Подумайте сами. Ипподром, велодром, Харитоновский сад, цирк, общественное собрание, спектакли у Маклецкого, собрания кружка граждан; чуть не каждую неделю что-нибудь благотворительное. И везде народ, везде сборы. Находятся и деньги и желание быть там и тут» [57]. Городские газеты обязательно печатали объявления о готовящемся спектакле или бале и настойчиво просили отзывчивую публику поддержать начинание. «Сегодня вечером в концертном зале И.З.Маклецкого соберется цвет местной интеллигенции с целью внести щедрую лепту свою на усиление средств местного благотворительного общества и для получения взамен этого эстетического удовольствия в игре и исполнении любимца екатеринбуржцев П.Ф.Давыдова, миловидной и полной грации М. А.Ошурковой и др. (..) Нельзя сомневаться в успехе его, как не приходится сомневаться и в том, что в кассу благотворительного общества будет внесен сегодня не один десяток доброхотных рублей» [44].

Среди общегородских акций наиболее массовой и имеющей большой общественный резонанс были Дни “Белого цветка”. Проблема туберкулеза стояла остро, и поэтому во многих городах проводился сбор ромашки [32, с.10]. В Екатеринбурге даже издавалась специализированная газета общества борьбы с чахоткой «Белый цветок».

Некоторые организации использовали для сбора средств гуляния. «Устроенное 13 августа местным комитетом Красного Креста в Харитоновском саду можно назвать вполне удачным. Прекрасная вечером погода и праздничный день привлекли в сад массу разнообразной публики, для которой были устроены разнохарактерные развлечения. О результатах гулянья своевременно сообщим» [53].

В календаре городской жизни выделяются несколько традиционных благотворительных мероприятий по сбору средств различным группам «недостаточных жителей» города. Остроумная выдумка организаторов студенческого вечера заслужила внимание репортера: «Игрушечный паровоз из-под конфет отправлялся в путь, и всякий желающий за небольшую плату мог отгадать, куда он направляется. Угадавший получал приз. На увеселении в пользу женского медицинского училища угадывали имя куклы. Неугадавшие платили штраф. Отгадавший имя получал куклу» [46].

Различные детские елки и праздники также становятся неотъемлемой частью городской жизни. Целью таких вечеров становился сбор материальной помощи особо нуждающимся детям. Подарком могли быть одежда, игрушки, книги. Организаторы подобных вечеров просили не стесняться качества или количества и приносить все ненужные вещи. В качестве подарков дети на елках могли получить сласти, ученические принадлежности, детские книжки, а беднейшие еще и одежду.

Популярным способом сбора благотворительных средств было проведение балов-маскарадов. Все доходы от билетов, буфетов, аттракционов шли в пользу различных некоммерческих организаций. Кроме этого, за отсутствие костюмов или масок налагались штрафы. При выборе костюмов, скорее всего, ориентировались на столичные маскарады. «Маскарад, данный обществом Красного креста с благотворительной целью, прошел довольно оживленно. Костюмы у некоторых барышень отличались свежестью и богатством. Танцы шли с оживлением, но антракты между ними были немного скучны ..» [12]. Но со временем такие балы стали привычными и проходили весело. «Состоявшийся 6 янв. в залах Общественного собрания бал-маскарад прошел по обыкновению оживленно и при большом стечении публики. Состоявшийся 4 числа маскарад с танцами в Верх-Исетском театре привлек громадную и разношерстную толпу. За лучшие костюмы были выданы два приза. Какой-то господин явился в соломенном костюме, к слову сказать весьма изящном и получил приз. Из женских костюмов наиболее удачным была заря – белое платье со звездами и полумесяцем» [45].

Были и разовые акции для сбора средств на конкретные цели. В начале 1906 г. Уральский отдел борьбы с детской смертностью постановил открыть образцовые ясли на 10 человек, обставленные по возможности согласно всем требованиям гигиены. Комитет решил обратиться к представителям власти, общественным и частным организациям с просьбой оказать помощь в сборе средств. Местная газета также поддержала это начинание: «Вероятно, местное общество отзывчивое на все начинания, связанные с благотворительностью, не откажет и на этот раз комитету в помощи. К тому же всем городским жителям следует почтить память покойной М.А.Покровской, подавая бедному, неимущему классу города, особенно бедным детям, щедрую руку помощи, без которой многие бы не имели приюта» [48]. Для этих целей в зале н-ков Маклецкого любителями драматического искусства был дан спектакль, затем состоялось выступление хора любителей под управлением Ф. Узких, затем танцы [49]. В 1902 г. таким же образом всем городом собирались средства на постройку глазной лечебницы им. Доктора А. Миславского [50].

Железнодорожная школа на станции Екатеринбург 1-й также поправила свои финансовые дела за счет устройства костюмированного вечера. «После концертного отделения начались под дирижерством Щеглова танцы. В антрактах и после спектакля играл оркестр военной музыки. Залы и комнаты были переполнены публикой. В киосках дамы-патронессы продавали чай, пирожки, фрукты, фруктовые водички и пр. К концу представления было продано до 500 билетов. Выдающихся костюмов не было. Полученный от вечера доход пойдет на увеличение средств школы» [51].

В подобных акциях активно участвовали широкие круги городской общественности: инженеры, служащие, врачи, учителя, купцы. Заметно возрастание социальной роли женщин, которые чаще всего и проводили благотворительные вечера, спектакли и ярмарки. В результате все большее число горожан вовлекалось в новые виды досуговой деятельности. Наиболее восприимчивыми к ним были представители так называемого среднего класса формирующегося буржуазного общества. Тем не менее новые формы досуга набирали популярность и у «широкого обывателя». Даже простое участие в спортивных или благотворительных акциях могли быть пропагандой здорового образа жизни, разумных развлечений, нравственных трат денег на благородные цели, а аткже способствовать распространению различные общественных организаций «по интересам». Это открывало широкие возможности для самореализации, формирования активной жизненной позиции участвовавших в них горожан и в конечном счете влияло на развитие институтов гражданского общества.


Список литературы / References

На русском

  1. Беловинский Л. В. Жизнь русского обывателя: От дворца до острога. М.: Кучково поле, 2014. 920 с.
  2. Беловинский Л. В. Энциклопедический словарь истории советской повседневной жизни. М.: Новое литературное обозрение, 2015. 1337 с.
  3. Весновский В. А. Путеводитель по курортам Урала. Екатеринбург: Типография «Уральской жизни», 1902. 169 с.
  4. Весновский В. А. Целебные силы Урала // Иллюстрированный сборник-ежегодник Пермского губернского земства. 1916. С. 102-121.
  5. Весновский В. А. Путеводитель по Уралу. Екатеринбург: Типография «Уральской жизни», 1902. 543 с.
  6. Весновский В. А. Путеводитель по Западно-Уральской железной дороге. Екатеринбург: Типография «Уральской жизни», 1912. 39 с.
  7. Весновский В. А. Спутник туриста по Уралу. Города, заводы, достопримечательности. Екатеринбург: Типография «Уральской жизни», 1902. 166 с.
  8. Вестник спорта и туризма. 1914. № 1.
  9. Воспитание и обучение. 1900. № 3.
  10. Государственный архив Свердловской области (ГАСО). Ф. 28. Оп.1. Д.129.
  11. Детские игрушки // Хозяйка. 1902. № 43. Ст. 1232- 1236.
  12. Екатеринбургская неделя. 1886. № 5.
  13. Екатеринбургская неделя. 1894. № 1.
  14. Женский спорт // Журнал для женщин. 1916. № 12. С. 23-24
  15. Забозлаева Т. Б. Шампанское в русской культуре. XVIII–XX веков. СПб.: Искусство-СПб, 2007. 413 с.
  16. Засосов Д., Пызин В. Повседневная жизнь Петербурга на рубеже XIX–XX веков; Записки очевидцев. М.: Мол. гвардия, 2003. 480 с.
  17. Зауральский край. 1914, 1 мая
  18. Зауральский край. 1915. 30 марта
  19. Захарова О. Ю. Светские церемониалы в России XVIII– нач. XX в. М.: ЗАО Центрполиграф, 2003. 329 с.
  20. Крылов В. А. Для сцены: сборник пьес / изд. Виктора Александрова [псевд.]. – 3-е изд. – СПб.: [типолитография Шредера], 1891. Т. 5. [Лакомый кусочек. Дитя несчастия. Домовой шалит. С той стороны]. 279 с.
  21. Кискодосова Т. А. Повседневная жизнь горожан Енисейской губернии во второй половине XIX – начале XX веков. Абакан: ООО «Книжное издательство «Бригантина», ООО «Кооператив журналист», 2012. 312 с.
  22. Корепанова С. А., Каёта Г. М. Исторические выставки Екатеринбурга. Екатеринбург: Изд. дом «Сократ», 2003. 136 с. С. 60.
  23. Кошман Л. В. Город и городская жизнь в России XIX: Социальные и культурные аспекты.– М.:РОССПЭН, 2008. 448 с.
  24. Лавицкая М. И. Орловское потомственное дворянство втор. пол. XIX – нач. XX веков. – Орел: Издательство «Вешние воды», 2005. 272 с.
  25. Лавицкая М. И. Орловское купечество втор. пол. XIX – нач. XX. Орел: Издательство ОРАГС, 2007. 288 с.
  26. Лукашевич К. В. Детские праздники: сборник (для родителей, воспитателей и старших братьев и сестер) / [соч.] Клавдии Лукашевич. Т. 1. М.: Товарищество И. Д. Сытина, 1909. 240 с.
  27. Малышева С. Ю. Советская праздничная культура в провинции: пространство. Символы, исторические мифы (1917-1927). Казань: Рутен, 2005. 400 с.
  28. Миненко Н. А., Апкаримова Е. Ю., Голикова С. В. Повседневная жизнь уральского города в XVIII – начале XX века. М.: Наука, 2006. 384 с.
  29. Микитюк В. П., Яхно О. Н. Повседневная жизнь Екатеринбурга на рубеже XIX –XX веков: Очерки городского быта. Екатеринбург: Издательство АМБ, 2014. 488 с.
  30. Митрофанов А. Г. Повседневная жизнь русского провинциального города в XIX в.: пореформенный период. М.: Молодая гвардия, 2013. 511 с.
  31. Муравьева И. А. Век модерна: панорама столичной жизни. Т.1. СПб.: Изд-во Пушкинского фонда, 2001. 272 с.
  32. Наши дни. 1912. № 8.
  33. О детях // Семьянин. 1894. Т. II.
  34. Пермская земская неделя. 1910. № 21.
  35. Петербургские трактиры и рестораны. – СПб.: Азбука-классика, 2006. 304 с.
  36. Постройка Западно-Уральской железной дороги 1912–1917 гг. Екатеринбург: б.и., 57 с.
  37. Рампа и жизнь. 1913. № 43.
  38. Руга В., Кокорев А. Москва повседневная. Очерки городской жизни начала XX в. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2006. 208 с.
  39. Руга В., Кокорев А. Повседневная жизнь: Москвы. Очерки городского быта в период Первой мировой войны. М.: АСТ: Астрель, 2011. 678 с.
  40. Руга В., Кокорев А. Барышни и дамы. Повседневная жизнь москвичек в середине XIX-XX в. М.: ОЛМА Медиа Групп, 2015. 224 с.
  41. Слово Урала. 1908. 6 февр.
  42. Скородумов Н. В. Новый метод упрощенных постановок: (устройство сцены и декораций): с приложением статей и эскизов декораций академика В. Д. Поленова / Моск. о-во нар. ун-тов, Секция содействия устройству деревенских и фабричных театров. М.: издание Товарищества И. Д. Сытина, 1914. 72 с.
  43. Толстая А. Л. Сон на лугу: феерия для детей в 1 д. Александры Бостром (гр. А. Л. Толстой). СПб.: Издание О. Н. Поповой, ценз. 1904. 28 с.
  44. Урал. 1901. 7 апр.
  45. Урал. 1903. 8 янв.
  46. Урал. 1903. 16 января.
  47. Урал. 1903. 20 июня.
  48. Урал. 1906. 6 марта.
  49. Урал. 1906. 18 марта.
  50. Урал. 1906. 11 марта.
  51. Урал. 1908. 5 янв.
  52. Уральская жизнь. 1900. 8 октября.
  53. Уральская жизнь. 1900.15 авг.
  54. Уральская жизнь. 1911. 20 декабря.
  55. Уральский край. 1909. 15 декабря
  56. Уральский край, 1910. 5 авг.
  57. Уральский край. 1906. 15 сент.
  58. Уральский край. 1909. 3 июня.

English

  1. Belovinskij L.V. Zhizn’ russkogo obyvatelya: Ot dvorca do ostroga [The life of the Russian inhabitant: From the palace to the prison]. Moscowб Kuchkovo pole, 2014б 920 p. (in Russian).
  2. Belovinskij L.V. Enciklopedicheskij slovar’ istorii sovetskoj povsednevnoj zhizni [Encyclopedic dictionary of the history of Soviet everyday life], Moscow.: Novoe literaturnoe obozrenie, 2015. 1337 p. (in Russian).
  3. Vesnovskij V. A. Putevoditel’ po kurortam Urala [Guide to the resorts of the Urals], Ekaterinburg, Tipografiya “Ural’skoj zhizni” Publ., 1902, 169 p. (in Russian).
  4. Vesnovskij V. A. Celebnye sily Urala [The healing powers of the Urals]. Illyustrirovannyj sbornik-ezhegodnik Permskogo gubernskogo zemstva [An illustrated collection of-Yearbook of the Perm province Zemstvo], 1916, pp. 102–121. (in Russian).
  5. Vesnovskij V. A. Putevoditel’ po Uralu [Guide to the Urals], Ekaterinburg, Tipografiya “Ural’skoj zhizni” Publ., 1902, 543 p. (in Russian) .
  6. Vesnovskij V. A. Putevoditel’ po Zapadno-Ural’skoj zheleznoj doroge [Guide to West-Ural Railway], Ekaterinburg, Tipografiya “Ural’skoj zhizni” Publ., 1912, 39 p. (in Russian).
  7. Vesnovskij V. A. Sputnik turista po Uralu [Travel guide in the Urals. Cities, factories, sights], Goroda, zavody, dostoprimechatel’nosti. Ekaterinburg, Tipografiya “Ural’skoj zhizni” Publ., 1902. 166 p. (in Russian).
  8. Vestnik sporta i turizma [Sports and Tourism Bulletin], 1914, no. 1. (in Russian).
  9. Vospitanie i obuchenie [Upbringing and education], 1900, no. 3. (in Russian).
  10. Gosudarstvennyj arkhiv sverdlovskoj oblasti (GASO) [State Archive of the Sverdlovsk Region]. F. 28, op. 1, d. 129.
  11. Detskie igrushki [Kids toys]. Khozyajka [Housewife], 1902, no. 43, pp. 1232–1236. (in Russian).
  12. Ekaterinburgskaya nedelya [Ekaterinburg week], 1886, no. 5. (in Russian).
  13. Ekaterinburgskaya nedelya [Ekaterinburg week], 1894, no. 1. (in Russian).
  14. Zhenskij sport [Women’s sports]. Zhurnal dlya zhenshchin [Magazine for women], 1916, no. 12, pp. 23–24. (in Russian).
  15. Zabozlaeva T. B. Shampanskoe v russkoj kul’ture XVIII–XX vekov [Champagne in Russian culture XVIII–XX centuries], St. Petersburg, Iskusstvo-SPb Publ., 2007, 413 p. (in Russian).
  16. Zasosov D., Pyzin V. Povsednevnaya zhizn’ Peterburga na rubezhe XIX–XX vekov; Zapiski ochevidcev [The daily life of St. Petersburg at the turn of the XIX – XX centuries; Eyewitness notes]. Moscow, Molodaya gvardiya Publ., 2003, 480 p. (in Russian).
  17. Zaural’skij kraj [Trans-Ural region], 1914, 1 May. (in Russian).
  18. Zaural’skij kraj [Trans-Ural region], 1915, 30 March. (in Russian).
  19. Zakharova O. Yu. Svetskie ceremonialy v Rossii XVIII – nach. XX v. [Secular ceremonies in Russia XVIII– early. XX century]. Moscow, ZAO Centrpoligraf Publ., 2003, 329 p. (in Russian).
  20. Krylov V. A. Dlya stseny: sbornik p’es [For the scene. Playbook], izd. Viktora Aleksandrova [psevd.]. 3-e izd. Sankt-Peterburg, Tipolitografiya SHredera Publ., 1891. Vol. 5: Lakomyj kusochek. Ditya neschastiya. Domovoj shalit. S toj storony [Tasty morsel. Child of misfortune. House naughty. From that side]. 279 p. (in Russian).
  21. Kiskodosova T. A. Povsednevnaya zhizn’ gorozhan Enisejskoj gubernii vo vtoroj polovine XIX – nachale XX vekov [Daily life of citizens of the Yenisei province in the second half of the XIX — early XX centuries]. Abakan, OOO “Knizhnoe izdatel’stvo Brigantina”, OOO “Kooperativ zhurnalist” Publ., 2012, 312 p. (in Russian).
  22. Korepanova S. A., Kayota G. M. Istoricheskie vystavki Ekaterinburga [Historical exhibitions of Yekaterinburg]. Ekaterinburg, Izd. dom “Sokrat” Publ., 2003. 136 p. (in Russian).
  23. Koshman L. V. Gorod i gorodskaya zhizn’ v Rossii XIX: Social’nye i kul’turnye aspekty [City and city life in Russia XIX: Social and cultural aspects]. Moscow: ROSSPEN Publ., 2008, 448 p. (in Russian).
  24. Lavitskaya M. I. Orlovskoe potomstvennoe dvoryanstvo vtor. pol. XIX – nach. XX vekov [Oryol hereditary nobility XIX – beg. XX centuries]. Orel, Izdatel’stvo “Veshnie vody” Publ., 2005. 272 p. (in Russian).
  25. Lavickaya M. I. Orlovskoe kupechestvo vtor. pol. XIX – nach. XX [Oryol merchants sec. half XIX –early XX]. Orel: Izdatel’stvo ORAGS Publ., 2007, 288 p. (in Russian).
  26. Lukashevich K. V. Detskie prazdniki: sbornik (dlya roditelej, vospitatelej i starshih brat’ev i sester) [Children’s holidays: a collection (for parents, educators and older brothers and sisters)]. Vol. 1. Moscow, Tovarishchestvo I. D. Sytina Publ., 1909, 240 p. (in Russian).
  27. Malysheva S. Yu. Sovetskaya prazdnichnaya kul’tura v provincii: prostranstvo. Simvoly, istoricheskie mify (1917–1927) [Soviet festive culture in the province: space. Symbols, historical myths (1917-1927)]. Kazan’, Ruten Publ., 2005, 400 p. (in Russian).
  28. Minenko N. A., Apkarimova E. Yu., Golikova S. V. Povsednevnaya zhizn’ ural’skogo goroda v XVIII – nachale XX veka [Daily life of the Ural city in the XVIII – beginning of the XX century]. Moscow, Nauka Publ., 2006, 384 p. (in Russian).
  29. Mikityuk V. P., Yakhno O. N. Povsednevnaya zhizn’ Ekaterinburga na rubezhe XIX –XX vekov: Ocherki gorodskogo byta [Everyday life of Ekaterinburg at the turn of the XIX – XX centuries: Popular culture essays]. Ekaterinburg, Izdatel’stvo AMB Publ., 2014, 488 p. (in Russian).
  30. Mitrofanov A. G. Povsednevnaya zhizn’ russkogo provincial’nogo goroda v XIX v.: poreformennyj period [Daily life of a Russian provincial town in the 19th century: the post-reform period]. Moscow, Molodaya gvardiya Publ., 2013. 511 p. (in Russian).
  31. Murav’eva I. A. Vek moderna: panorama stolichnoj zhizni [Century of modern: panorama of the capital life]. Vol. 1. Petersburg, Izd-vo Pushkinskogo fonda Publ., 2001, 272 p. (in Russian).
  32. Nashi dni [Our days], 1912, no. 8, p.10. (in Russian).
  33. O detyakh [About kids]. Sem’yanin [Family man], 1894, vol. II, pp. 128–130. (in Russian).
  34. Permskaya zemskaya nedelya [Perm Zemskaya Week], 1910, no. 21. (in Russian).
  35. Peterburgskie traktiry i restorany [Petersburg taverns and restaurants]. St. Petersburg: Azbuka-klassika Publ., 2006, 304 p. (in Russian).
  36. Postrojka Zapadno-Ural’skoj zheleznoj dorogi 1912–1917 gg. [Construction of the Western Ural Railway 1912-1917]. Ekaterinburg, w. p., 1917, 57 p. (in Russiab).
  37. Rampa i zhizn’ [Ramp and life], 1913, no. 43. (in Russian).
  38. Ruga V., Kokorev A. Moskva povsednevnaya. Ocherki gorodskoj zhizni nachala XX v. [Moscow everyday life. Essays of city life at the beginning of the XX century]. Moscow, OLMA-PRESS Publ., 2006, 208 p. (in Russian).
  39. Ruga V., Kokorev A. Povsednevnaya zhizn’: Moskvy. Ocherki gorodskogo byta v period Pervoj mirovoj vojny [Everyday life of Moscow. Essays of urban life during the First World War]. Moscow, AST:Astrel’ Publ., 2011, 678 p. (in Russian).
  40. Ruga V., Kokorev A. Baryshni i damy. Povsednevnaya zhizn’ moskvichek v seredine XIX-XX vv. [Young ladies and madams. Muscovites’ daily life in the middle of the XIX-XX centuries]. Moscow, OLMA Media Group Publ., 2015, 224 p. (in Russian).
  41. Slovo Urala [Word of the Urals], 1908, 6 Febr. (in Russian).
  42. Skorodumov N. V. Novyj metod uproshchennyh postanovok: (ustrojstvo sceny i dekoracij): s prilozheniem statej i eskizov dekoracij akademika V. D. Polenova / Mosk. ob-vo nar. un-tov, Sektsiya sodejstviya ustrojstvu derevenskikh i fabrichnykh teatrov [New method of simplified productions: (device scenes and scenery)]. Moscow: izdanie Tovarishchestva I. D. Sytina Publ., 1914, 72 p. (in Russian).
  43. Tolstaya A. L. Son na lugu: feeriya dlya detej v 1 d. Aleksandry Bostrom (gr. A. L. Tolstoj) [Sleeping in a meadow: Alexandra Bostrom’s extravaganza for children in 1 act (Countess A. L. Tolstoy)]. St. Petersburg, O. N. Popova Publ., cenz, 1904, 28 p. (in Russian).
  44. Ural [Ural], 1901, 7 Apr. (in Russian).
  45. Ural [Ural], 1903, 8 Jan. (in Russian).
  46. Ural [Ural], 1903, 16 Jan. (in Russian).
  47. Ural [Ural], 1903, 20 June. (in Russian).
  48. Ural [Ural], 1906, 6 March. (in Russian).
  49. Ural [Ural], 1906, 18 March. (in Russian).
  50. Ural [Ural], 1906, 11 March. (in Russian).
  51. Ural [Ural], 1908, 5 Jan. (in Russian).
  52. Ural’skaya zhizn’ [Ural life], 1900, 8 Okt. (in Russian).
  53. Ural’skaya zhizn’ [Ural life], 1900, 15 Aug. (in Russian).
  54. Ural’skaya zhizn’ [Ural life], 1911, 20 Dec. (in Russian).
  55. Ural’skij kraj [Ural region], 1909, 15 Dec. (in Russian).
  56. Ural’skij kraj [Ural region], 1910, 5 Aug. (in Russian).
  57. Ural’skij kraj [Ural region], 1906, 15 Sept. (in Russian).
  58. Ural’skij kraj [Ural region], 1909, 3 June. (in Russian).

Оставьте комментарий