Археозоологические исследования на многослойном поселении Целыковка-2 в округе города Ельца

Раскопки в Целыковке на окраине Ельца

Аннотация

В статье анализируется археозоологический материал, полученный в результате раскопок многослойного поселения Целыковка – 2, расположенного на первой надпойменной, левобережной террасе р. Ельчик, на северной окраине г. Елец. Коллекция насчитывает 980 костей. Материал относится к двум эпохам: первым векам н.э. и средневековью (вторая половина XIV – первая половина XV вв.). Меньшая группа – 122 костных фрагмента – происходит из нескольких объектов раннего железного века. Большая – 858 костных фрагмента и кости – относится к средневековью. Для анализа использовалась специальная методика ведущих специалистов в области археозоологии. В целом в средневековом слое соотношение остатков диких и домашних животных составляет примерно 1:10, что соответствует достаточно высокой значимости охоты на фоне развитого животноводства. В средневековье такое преобладание диких животных однозначно указывает на особый, высокий социальный статус обитателей или владельца поселения. Отметим, что основная часть средневекового костного материала (594 фр.) обнаружена на раскопе 1 в площади владельческой усадьбы на участке размерами 46х104 м. Наибольшее же количество костей найдено в заполнении объектов, которые являлись подпольными ямами наземных жилищ разных этапов жизни. Состав стада, суммарно принятый за 100%, демонстрирует равное соотношение свиньи и крупного рогатого скота (по 37,4%). Лошадь и мелкий рогатый скот занимают подчиненное положение (13,8% и 11,4% соответственно). Данное соотношение является типичным для средневековых поселенческих структур. Материал, связанный с первыми веками н.э., малочислен. Он демонстрирует наличие 39% диких на фоне 61 % домашних животных. О структуре стада домашних животных по такой малой выборке говорить нельзя.

Ключевые слова и фразы: средневековые поселения елецкой округи, поселение Целыковка – 2, археозоология, владельческое село, усадьба.

Annotation

Archaeozoological research on multi-layered settlement Celykovka – 2 in the county of the city of Yelets.

The article examines the archaeozoological material from archaeological excavations of the settlement Celykovka- 2. The settlement is located on the northern edge of the city of Yelets in Lipetsk region. The collection of artifacts consists of 980 bones. They refer to the beginning of our era and the middle ages (second half of XIV — first half XV centuries). Was used a special technique in the field of archaeozoology. The results: The ratio of residues of wild and domestic animals is approximately 1:10. This indicates the important role of hunting in the background of a developed livestock industry. This indicates the high social status of the inhabitants or the owner of a medieval settlement. Most of the bones discovered at the site of the estate size 46х104 m. Animals: pig (37,4 %), cattle (37,4%), horse (13,8%), small cattle (11,4 %). This result is typical of medieval settlements. The material of the first centuries of our era are few. Wild animals — 39%, pets — 61 %.

Key words and phrases: medieval settlement Yelets neighborhood, settlement Celykovka — 2, archaeozoological material, possessory village, farmstead.

О публикации

Авторы: и .
УДК 902.01.
DOI 10.24888 / 2410-4205-2017-11-2-86-94.
Опубликовано 29 июня года в .
Количество просмотров: 31.

В 2014 г. совместными усилиями Елецкого государственного университета им. И.А. Бунина и ООО «Черноземье» (г. Липецк) проводились раскопки на многослойном поселении Целыковка – 2. Памятник расположен на первой надпойменной террасе левого берега р. Ельчик, на северной окраине г. Елец. Раскопками вскрыто 23 043 кв. м, встречены находки эпохи камня, раннего железного века, средневековья (XIV–XVII вв.).

Наиболее многочисленными оказались предметы и сооружения второй половины XIV – середины XV вв. Они позволили, в самом предварительном плане, интерпретировать поселение этого времени как владельческое (боярское) село, на котором выделяется участок главной усадьбы с жилой и хозяйственной зонами, а также локальная территория проживания боевых слуг владельцев усадьбы и небольшое кладбище с участком под храм [6].

Остеологическая коллекция, собранная во время раскопок поселения Целыковка – 2, в совокупности составила 980 костей. Материал может быть подразделен на две хронологические группы. Меньшая – 122 костных фрагмента – происходит из нескольких объектов раннего железного века (таблица № 4). Большая – 858 костных фрагмента и кости – относится к средневековому культурному слою и его углубленным объектам (таблица № 2–3). Ведущий украинский археозоолог О.П. Журавлев считает статистически достоверной выборку объемом не менее 500 костей [5], ведущий отечественный археозоолог Е.Е. Антипина полагает достоверной выборку определимых костей в 400 экземпляров [1], следовательно, средневековая коллекция с поселения Целыковка – 2 репрезентативна даже за вычетом неопределимых фрагментов.

Для уточнения систематического положения костных остатков использовалась в том числе и специальная литература [3; 4; 10; 11; 12].

Сразу отметим, что основная часть костей из культурного слоя имеет довольно низкую степень сохранности. У большинства костей поверхность компакты сильно шелушится или же частично и даже вовсе разрушена, большая часть костей может быть легко сломана (сохранность 2–3 балла по шкале Е.Е. Антипиной [1]). Низкая сохранность кости может быть связана с ее нахождением в течение длительного времени на открытом воздухе до захоронения в культурном слое, а также воздействием на кость почвенных процессов.

Высока и степень раздробленности костей. Это не удивительно по двум причинам. Во-первых, практически весь выявленный остеологический материал представляет собой кухонные остатки. Здесь не выявлено сырья для косторезного дела. Среди изученного материала нет костей со следами резания, строгания и пиления – это исключительно раздробленный, а местами разрубленный топором материал. Лишь на некоторых фрагментах можно встретить небольшие случайные нарезки, связанные с разделкой туш и снятием мяса с костей. Имеются и отдельные кости со следами термического воздействия – вплоть до локального обугливания, вероятно, во время приготовления пищи на открытом огне. Зато иной тип повреждений необычайно распространен, – и это вторая причина раздробленности кости. Практически каждая четвертая кость в коллекции несет на себе следы собачьих зубов, в некоторых случаях кость собаками буквально источена, вся ее поверхность представляет собор неровный рельеф, оставленный зубами. Это еще одна характерная черта кухонных остатков, одновременно свидетельствующая о значительном числе собак в усадьбе (возможно – охотничья свора).

Следует заметить, что степень раздробленности и сохранности кости в культурном слое с одной стороны и в заполнении углубленных объектов несколько отличается. Об этом можно объективно судить не только по наблюдениям при изучении коллекции, но и по статистическим данным. В культурном слое более половины костей (239 из 456 или почти 53%) мы вынуждены были отнести к разряду неопределимых – чаще всего это фрагменты ребер и диафизов, не позволяющие достоверно уточнить видовую принадлежность. В то же время в углубленных объектах соотношение заметно отличается: 280 из 384 костей (то есть 73%), напротив, отнесены к разряду определимых. Это говорит о том, что часть материала из объектов после утилизации подверглась достаточно быстрому захоронению. Сразу скажем, что выявить существенные отличия придонного заполнения и остального объема углубленных объектов нам не удалось, хотя изначально материал брался и исследовался раздельно. Косвенно это может свидетельствовать о небольшом временном разрыве между прекращением функционирования хозяйственно-бытовых объектов и окончательным заполнением их культурным слоем.

Высокая степень раздробленности и повреждения относительно целых костей привели к тому, что достоверную морфометрию удалось получить только для немногих образцов, она приведена в таблице 5. Высокая степень раздробленности материала повлияла также и на возможность учета минимального числа особей животных. Даже с учетом территориального разброса фрагментов (маловероятно, что кости из удаленных раскопов могут принадлежать одной особи) такой подсчет носил бы весьма условный характер. Именно по этой причине мы решили в данной ситуации ограничиться подсчетом исключительно минимального числа фрагментов костей.

Несмотря на то, что подавляющая часть находок, как уже говорилось, представляет собой кухонные остатки, есть несколько костей, которые к таковым отнести нельзя. Это останки собак и немногочисленных диких хищников. Во-первых, интересно нахождение полного скелета собаки в материковом углублении пола объекта 8. Нельзя исключать культовый характер его помещения туда (строительная жертва?). Во-вторых, кости собак, лисицы и куницы из культурного слоя также принадлежат животным, в пищу человеком не употреблявшимся. Это не исключает, однако, поедания останков хищников собаками и присутствия в культурном слое отдельных костей естественно павших животных (собак).

Общий видовой состав фауны из средневекового культурно-хронологического горизонта представлен в таблице № 1. Статистика остеологического материала велась по раскопам и объектам, поэтому удалось рассмотреть некоторые планиграфические особенности его распределения (Таблицы 2 и 3). Материал раннего железного века представлен в отдельной таблице 4.

Установлено, что основная часть средневекового костного материала (594 фр.) обнаружена на раскопе 1 в площади владельческой усадьбы на участке размерами 46х104 м (таблица № 2). Наибольшее количество костей найдено в заполнении объектов №№ 28, 50, 66, которые являлись подпольными ямами наземных жилищ разных этапов жизни. Стратиграфические наблюдения за заполнением котлованов показывают, что они после пожарища долго не оставались открытыми, и сразу же засыпались примыкающим грунтом. Поэтому костный материал можно рассматривать как артефакты, непосредственно связанные с пищевым рационом жителей данного жилища.

Серия костных останков обнаружена в объекте № 58, являвшимся керамическим горном. Стратиграфические наблюдения показывают, что объект № 58 в течение длительного времени являлся накопителем отходов жизнедеятельности и заполнялся постепенно. Объект расположен в удалении от жилищ.

Еще 81 кость встречена на весьма удаленном от усадьбы объекте № 85 в раскопе 2 (таблица № 3).

В целом в средневековом слое соотношение остатков диких и домашних животных составляет примерно 1:10, что соответствует достаточно высокой значимости охоты на фоне развитого животноводства. В средневековье такое преобладание диких животных вполне однозначно указывает на особый, высокий социальный статус обитателей или владельца поселения. Наиболее выразительно это соотношение заметно в площади раскопа 1, особенно выражено в объекте № 28, являвшимся жилищем (территория владельческой усадьбы). Здесь доля дичи достигает 16–18%. Среди диких животных наиболее многочисленны остатки лося и косули, присутствует так же кабан. В отличие от домашней свиньи, практически все особи которой были забиты до достижения двухлетнего возраста, дикий кабан, судя по стертости зубов на нижней челюсти, был уже взрослым матерым зверем. Лисица и куница, присутствующие в фауне, также считались престижными объектами феодальной охоты.

При этом обращает на себя внимание резкое снижение за пределами раскопа 1 (собственно территории усадьбы) доли свиньи и заметное возрастание доли лошади в кухонных остатках. Это может свидетельствовать о специфике питания обитавших здесь людей (боевых слуг?). Специфика эта могла носить как традиционный этнически-бытовой, так и религиозный характер. Пример этому можно видеть в материалах раскопок древней Казани [2]. Можно сослаться на еще не опубликованные результаты антропологического анализа 71 погребений с кладбища данного поселения, где на 4-х погребенных зафиксированы монголоидные признаки.

Вообще состав стада, суммарно принятый за 100%, демонстрирует равное соотношение доминирующих компонентов – свиньи и крупного рогатого скота (по 37,4%). Лошадь и мелкий рогатый скот занимают подчиненное положение (13,8% и 11,4% соответственно). Такая картина весьма напоминает состав стада в древнерусских Пскове и Вщиже, Старой Ладоге [7, с.143, 148]. Собака из Целыковки 2 – скорее всего небольшая дворовая или охотничья остроушка. Найденный череп принадлежал молодому животному возрастом не более 3 лет, судя по степени срастания черепных швов и стертости зубов.

Скелетный состав крупного рогатого скота отличается полнотой, что может быть косвенным свидетельством забоя и разделки туш в пределах поселения. В меньшем количестве, но достаточно полно представлен в кухонных остатках и скелет лошади. У мелкого рогатого скота практически отсутствуют дистальные отделы конечностей. Это может быть свидетельством в пользу забоя животных на стороне и доставки мяса в разделанном виде. Аналогична ситуация и с тушами свиней, дистальных отделов конечностей которых нет (исключая несколько фаланг), как, кстати, и хвостовых позвонков. В скелетных остатках лося и косули практически не представлен осевой скелет, тогда как скелет конечностей относительно полон (за исключением все тех же дистальных отделов, что подразумевает разделку туш на месте добычи).

Иначе выглядит ситуация с материалами раннего железного века. Несмотря на его относительную малочисленность и безусловную ущербность, он демонстрирует наличие 39% диких на фоне 61 % домашних животных. В числе диких животных выступают лось и европейская косуля. Эти виды оленей весьма характерны для лесостепной и для лесной зон. О структуре стада домашних животных по такой малой выборке говорить нельзя.


Таблица 1. Общий состав фауны из культурного слоя поселения Целыковка – 2

Состав фауны из культурного слоя поселения Целыковка – 2


Таблица 2. Фауна из раскопа 1.

Фауна из раскопа у поселения Целыковка – 2


Таблица 3. Фауна из раскопа 2-4 и 7 и траншеи 4.

Фауна из раскопов у поселения Целыковка – 2


Таблица 4. Фауна из объектов раннего железного века.

Фауна из объектов раннего железного века у поселения Целыковка – 2


Таблица 5. Некоторые морфометрические данные остеологического материала из средневекового культурного слоя.

Остеологический материал из средневекового культурного слоя


Список литературы / References

На русском

  1. Антипина Е.Е. Археозоологические исследования: задачи, потенциальные возможности и реальные результаты // Новейшие археозоологические исследования в России: К столетию со дня рождения В.И. Цалкина. М., 2004. С.7-33.
  2. Асылгараева Г.Ш. К вопросу о формах животноводческой деятельности булгаро-татарского населения (на примере древней Казани) // Новейшие археозоологические исследования в России: К столетию со дня рождения В.И. Цалкина. М., 2004. С.116-138.
  3. Громова В. Определитель млекопитающих СССР по костям скелета Вып.1. Определитель по крупным трубчатым костям. Труды комиссии по изучению четвертичного периода, 9. М.- Л.: АН СССР. 1950. С. 12-34.
  4. Громова В. Определитель млекопитающих СССР по костям скелета. Вып.2. Определитель по крупным костям заплюсны. Труды комиссии по изучению четвертичного периода, 16. М.: АН СССР,1960. С. 22-29.
  5. Журавлёв О.П. Остеологические материалы из памятников эпохи бронзы лесостепной зоны Днепро-Донского междуречья. Киев, 2001. С. 10-19.
  6. Тропин Н.А. Повседневные вещи жителей владельческого села второй половины XIV — первой половины XV вв. елецкой округи // Русский сборник. Брянск: БГУ им. Петровского. 2016. С. 144-150.
  7. Цалкин В.И. Материалы для истории скотоводства и охоты в Древней Руси (по данным изучения костных остатков из раскопок археологических памятников лесной полосы Европейской части СССР) / Материалы и исследования по археологии СССР. Т.51. М.-Л.: АН СССР, 1956. С. 45-67.
  8. Чубур А.А. Археозоология древнерусского Брянска по материалам раскопа на Петровской горе // Куликово поле и Юго-Восточная Русь в XII-XIV веках. Тула, 2005 С.59-61.
  9. Chubur A., Gorczyca K., Kovalchuk O., Gorobets L., Schellner K. Osteological remains from the feudal castle Przewłoka (13-14th centuries AD, Poland) // Journal of Archaeological Science: Reports 9 – 2016. P.646-653.
  10. Lasota-Moskalewska A. Podstawy archeozoologii. Szczątki ssaków. Wyd. Naukowe PWN, Warszawa. 1997. P. 15-26.
  11. Schmid Е. Atlas of Animal Bones: For Prehistorians, Archaeologists and Quaternary Geologists. Elsevier Publishing Company. 1972. 231 p.
  12. Hillson S. Teeth / Second Edition. Cambridge University Press. 2005. 135 p.

English

  1. Antipina E.E. Arheozoologicheskie issledovanija: zadachi, potencial’nye vozmozhnosti i real’nye rezul’taty // Novejshie arheozoologicheskie issledovanija v Rossii: K stoletiju so dnja rozhdenija V.I. Calkina. Moscow, 2004. P.7-33.
  2. Asylgaraeva G.Sh. K voprosu o formah zhivotnovodcheskoj dejatel’nosti bulgaro-tatarskogo naselenija (na primere drevnej Kazani). Publ. Novejshie arheozoologicheskie issledovanija v Rossii: K stoletiju so dnja rozhdenija V.I. Calkina. Moscow, 2004. P.116-138.
  3. Gromova V. Opredelitel’ mlekopitajushhih SSSR po kostjam skeleta Vyp.1. Opredelitel’ po krupnym trubchatym kostjam. Trudy komissii po izucheniju chetvertichnogo perioda, 9. Moscow – Leningrad: Publ. AN SSSR, 1950
  4. Gromova V. Opredelitel’ mlekopitajushhih SSSR po kostjam skeleta. Vyp.2. Opredelitel’ po krupnym kostjam zapljusny. Trudy komissii po izucheniju chetvertichnogo perioda, 16. Moscow: Publ. AN SSSR, 1960.
  5. Zhuravljov O.P. Osteologicheskie materialy iz pamjatnikov jepohi bronzy lesostepnoj zony Dnepro-Donskogo mezhdurech’ja. Kiev, 2001.
  6. Tropin N.A. Povsednevnye veshhi zhitelej vladel’cheskogo sela vtoroj poloviny XIV — pervoj poloviny XV vv. eleckoj okrugi. Publ. Russkij sbornik. Brjansk: BGU, 2016. P. 144-150.
  7. Calkin V.I. Materialy dlja istorii skotovodstva i ohoty v Drevnej Rusi (po dannym izuchenija kostnyh ostatkov iz raskopok arheologicheskih pamjatnikov lesnoj polosy Evropejskoj chasti SSSR) / Materialy i issledovanija po arheologii SSSR, vol. 51. Moscow – Leningrad: Publ. AN SSSR, 1956.
  8. Chubur A.A. Arheozoologija drevnerusskogo Brjanska po materialam raskopa na Petrovskoj gore. Kulikovo pole i Jugo-Vostochnaja Rus’ v XII–XIV. Tula, 2005. P. 59-61.
  9. Chubur A., Gorczyca K., Kovalchuk O., Gorobets L., Schellner K. Osteological remains from the feudal castle Przewłoka (13–14th centuries AD, Poland). Publ. Journal of Archaeological Science: Reports 9 – 2016. P. 646-653.
  10. Lasota-Moskalewska A. Podstawy archeozoologii. Szczątki ssaków. Wyd. Naukowe PWN, Warszawa. 1997.
  11. Schmid Е. Atlas of Animal Bones: For Prehistorians, Archaeologists and Quaternary Geologists. Elsevier Publishing Company. 1972.
  12. Hillson S. Teeth / Second Edition. Cambridge University Press. 2005.

Оставить комментарий