Греческое влияние в морфологии бактрийских кубков

Ай-Ханум, раскопки (архивный фотоснимок)

Аннотация

Статья посвящена анализу морфологии бактрийских цилиндроконических кубков эпохи эллинизма. Автор приходит к выводу о том, что кольцевой или дисковидный поддон на данном типе керамики появляется под влиянием греческой гончарной традиции.

Аннотация, ключевые слова и фразы: Бактрия, эллинистический период, цилиндроконические кубки, морфология, греческое влияние.

Annotation

This article analyzes the morphology Bactrian cylindrical bowls of the Hellenistic period. The author concludes that the ring or disc-shaped pan for this type of pottery appears under the influence of Greek pottery tradition.

Annotation, key words and phrases: Bactria, Hellenistic period, cylindrical bowls, morphology, Greek influence.

О публикации

УДК 904.
Опубликовано 15 декабря года в .
Авторы работы: .

Ознакомиться с авторами подробнее

Присутствие греков в Бактрии привело к значительным изменениям во многих сферах жизнедеятельности местного населения и, в частности, керамического производства. В быту появились новые типы керамики: фиалы, «мегарские чаши», рыбные блюда, кратеры, аски, ритоны, амфоры, алабастры, арибаллы [2, с. 46-57; 22, с. 275-289]. Менялось и декоративное оформление, главным образом, столовой посуды. Гончары стали применять черный ангоб, видимо, имитирующий лак на античных вазах, а также штамп [21, с. 192-195].

В данной статье мы остановимся на рассмотрении греческого влияния на морфологию цилиндроконических кубков на кольцевом или дисковидном поддоне эпохи эллинизма (рис. 1, 1–3).

Ряд исследователей считает, что они происходят от подобных им сосудов середины I тыс. до н. э. [26, с. 70]. Ш.Р. Пидаев, изучавший генезис данной формы керамики, пришел к следующему выводу: «Если допустить, что цилиндроконические кубки генетически связаны с цилиндроконическими сосудами середины I тыс. до н. э., то между ними отсутствует связующее звено, которое на археологических материалах Средней Азии еще не прослеживается. Поэтому пока следует говорить не о генетических связях между ними, а о подражании более древним формам» [16, с. 44-45].

Однако данный тезис исследователя не подтверждается материалами ряда памятников, свидетельствующих о том, что цилиндроконические сосуды бытовали на территории Бактрии, по крайней мере, на протяжении всего IV, а возможно, и III в. до н. э. [1, с. 122-123; 8, с. 98; 10, рис. 20, 1-5; 20, с. 88; 24, с. 143].

Бытование цилиндроконических форм на протяжении раннеэллинистического периода характерно не только для Бактрии. Так, например, в Маргиане на городище Эрк-кала в стратиграфическом шурфе (XXIII-XXX горизонты) наряду с керамикой типа Яз-III имеется значительное количество фрагментов раннеэллинистических типов [7, с. 606; 31, p. 109-127]. На Афрасиабе же наблюдается уменьшение цилиндроконических сосудов и соответственно увеличение эллинистических типов начиная с конца IV в. до н. э. [9, с. 143-146].

Приведенные выше примеры показывают, что цилиндроконические кубки стали следствием поступательного развития местной гончарной школы, которая сохранила уже традиционную для себя форму, а в результате греческого влияния выработала новый морфологический элемент, каковым, несомненно, является кольцевой или дисковидный поддон.

Данный морфологический элемент на различных типах посуды античной Греции отмечен уже в крито-микенскую эпоху [28, p. 790]. В дальнейшем он получает более широкое распространение и сохраняется на протяжении всей истории страны [32, pl. 65; 33, fig. 60].

Начиная с VI в. до н.э., подобная посуда широко распространяется в греческих колониях Средиземноморья. Так, например, сероглиняная керамика Ольвии второй половины VI в. до н. э., найденная в значительном количестве, демонстрирует эллинское влияние. Среди прочего следует отметить наличие кольцевого поддона на таких типах, как чаши, тарелки, кувшины, кубки [6, с. 125-135].

Греческое влияние в меотской керамике прослеживается в проявлении кувшинов типа ойнохои, канфаров, рыбных блюд, солонок и т.д. Кувшины с трехлепестковым горлом являются подражанием боспорским образцам, имевших яйцевидную форму тулова, а иногда они расширялись в верхней части, дно – на кольцевом поддоне. Нетипичными образцами меотской керамики являются двуручные кувшины, напоминающие пелики. Сероглиняная пелика из погребения 56 Пашковского 6 могильника имеет яйцевидное тулово с короткой шейкой, кольцевой поддон. Данный вид поддона отмечен также и на рыбных блюдах [3, с. 125-128].

Материалы Причерноморья показывают, что в данном регионе эллинизация достигла достаточно широких масштабов. Это объясняется, прежде всего, тем, что на данном направлении было основано значительное число колоний с преимущественно греческим населением, которое поддерживало тесные связи с метрополией. О развитии торговых отношений свидетельствуют находки керамической тары, которая нередко составляет подавляющее большинство вещественного материала [14].

Кольцевой или дисковидный поддоны как атрибуты греческого гончарства появляются также в эпоху Великой греческой колонизации в ряде регионов Востока и продолжает бытование в эллинистический период в связи с завоеваниями Александра Македонского и распространением эллинских традиций [27, p. 51-62; 30, p. 57-75].

Цилиндроконические кубки на кольцевом или дисковидном поддоне впервые встречаются в эпоху греческой оккупации Средней Азии [5, с. 124]. Данный тип посуды появляется в керамическом комплексе второго этапа Ай-Ханум, наряду с исконно греческими типами [12, с. 75], характерен для Курганзола [20, с. 87-88]. Обращает на себя внимание практически полное отсутствие данной формы в культурных слоях некоторых эллинистических памятников Бактрии. Яркий тому пример дают материалы Дальверзинтепа и Старого Термеза. По мнению исследователей, немногочисленность сосудов с подобными морфологическими характеристиками свидетельствует о локальном варианте гончарного производства [15,
с. 145; 17, с. 217].

Таким образом, очевидно, что кольцевой или дисковидный поддон на бактрийских цилиндроконических кубках появился в результате определенного греческого влияния, когда на местную почву были привнесены не только исконно эллинские типы посуды, но и определенные морфологические элементы.

В пользу его греческой принадлежности могут также свидетельствовать следующие факты. Во-первых, как было уже отмечено выше, цилиндроконические кубки на кольцевом или дисковидном поддоне появляются впервые не ранее конца IV в. до н. э. Во-вторых, подобный поддон отсутствует в керамике страны ахеменидского периода. Он не отмечен в морфологии посуды таких крупнейших памятников Бактрии, как Кызылтепа, Кучуктепа, Талашкантепа I [24, с. 50-78], хотя имеет место быть в керамическом ремесле Ирана, начиная с раннежелезного века [13, табл. I-II; 34, fig. 108, 8, 13, 15].

Цилиндроконические кубки

Бактрийские кубки находят широкий круг аналогий в материалах ряда памятников Средней Азии. Подобные сосуды известны в Согде (рис. 1, 7–8). Г.В. Шишкина обратила внимание на фрагмент резервуара кубка с тонким рельефным пояском, похожим на валик и покрытым орнаментом в виде полосок ангоба [25, с. 38-41]. По мнению исследовательницы, появление данной формы стало возможным благодаря дальнейшему развитию цилиндроконических кубков на кольцевом или дисковидном поддоне [25, с. 40].

Для эллинистического комплекса Маргианы также характерно наличие цилиндроконических кубков на кольцевом или дисковидном поддоне (рис. 1, 4–6). Они имели ярко выраженный перегиб на месте перехода конической к цилиндрической части, венчик не выделен, а край слегка закруглен внутрь [19, рис. 1, 1; 23, рис. 10].

В Хорезме кубки данного типа имели резервуар цилиндроконической формы и высокий дисковидный или кольцевой поддон (рис. 1, 9–10). Переход от конической к цилиндрической части сосуда был подчеркнут ребром, желобком или валиком. Венчик не выделен, край – прямой, заостренный [5, с. 124].

В заключение также следует отметить, что кольцевой или дисковидный поддон на столовой посуде Бактрии, впервые появившись в эллинистический период, продолжает сохраняться и в кушанскую эпоху [4, с. 45-48; 11, с. 32; 15, с. 146-148].

Список литературы / Spisok literatury

  1. Абдуллаев А. Основные типы керамики Тамошо-тепе раннего периода // Материалы юбилейных конференций молодых ученых АН Таджикской СССР. Душанбе: Дониш, 1976. С. 119-124.
  2. Абдуллаев К. Греческие типы в керамике Бактрии и Согда // ПИФК. 2010. № 1. С. 46-61.
  3. Анфимов Н.В. Античное влияние в меотской керамике // Проблемы античной культуры. М.: Наука, 1986. С. 125-129.
  4. Болелов С.Б. Керамический комплекс периода правления Канишки на Кампыртепа (раскопки 2000-2001 гг.) // МТЭ. Вып. 3. Ташкент, 2002.
  5. Болелов С.Б. Керамика // Какалы-гыр 2: Культовый центр в древнем Хорезме IV-II вв. до н. э. М.: Восточная литература, 2004. С. 93-147.
  6. Буйских С.Б., Монахов С.Ю. Керамический комплекс третьей четверти VI в. до н. э. из Ольвии // Норция. Вып. 6. Воронеж: ВГУ, 2009. С. 125-145.
  7. Гаибов В.А. Раннеэллинистическая керамика Маргианы // ПИФК. 2004. № 14. С. 600-608.
  8. Зеймаль Т.И. Древнеземледельческое поселение Болдай-тепе // МКТ. Вып. 2. Душанбе: Дониш, 1971. С. 81-101.
  9. Исамиддинов М.Х. История городской культуры Самаркандского Согда. Ташкент: Фан, 2002. 255 с.
  10. Кругликова И.Т. Дильберджин. Храм Диоскуров. М.: Наука, 1986. 139 с.
  11. Кругликова И.Т., Пугаченкова Г.А. Дильберджин (раскопки 1970-1973 гг.). М.: Наука, 1977. 136 с.
  12. Лионне Б. Греческая оккупация Согдианы. Результаты сравнительного анализа керамики Афрасиаба и Ай-Ханум // Средняя Азия. Археология. История. Культура. М.: Пересвет, 2000. С. 75-80.
  13. Медведская И.Н. Об «иранской» принадлежности серой керамики Ирана раннежелезного века // ВДИ. 1977. № 2. С. 93-105.
  14. Монахов С.Ю. Греческие амфоры в Причерноморье. Комплексы керамической тары VII–II вв. до н. э. Саратов: Изд-во Саратовского университета, 1999. 679 с.
  15. Некрасова Е.Г., Пугаченкова Г.А. Керамика Дальверзин-тепе // Дальверзин-тепе – кушанский город на юге Узбекистана. Ташкент: Фан, 1978. С. 143-161.
  16. Пидаев Ш.Р. Эволюция двух форм керамики Древней Бактрии // Краеведение Сурхандарьи. Ташкент: «Узбекистон», 1989. С. 43-51.
  17. Пидаев Ш.Р. Керамика греко-бактрийского времени с городища Старого Термеза // СА. 1991. № 1. С. 210-224.
  18. Ртвеладзе Э.В., Болелов С.Б. Керамический комплекс эпохи эллинизма на Кампыр-тепе в Северной Бактрии // Средняя Азия. Археология. История. Культура. М.: Пересвет, 2000. С. 99-104.
  19. Рутковская Л.М. Античная керамика древнего Мерва // Труды ЮТАКЭ. Т. XI. Ашхабад: Ылым, 1962. С. 93-147.
  20. Сверчков Л.М. Некоторые особенности археологического комплекса конца IV в. до н.э. (крепость Курганзол) // Древние цивилизации на Среднем Востоке. Археология, история, культура. М.: Государственный Музей Востока, 2010. С. 87-88.
  21. Тихонов Р.В. К вопросу о времени и обстоятельствах появления штампованной керамики в Бактрии // Древность: историческое знание и специфика источника. Вып. V. М.: ИВ РАН, 2011. С. 192-195.
  22. Тихонов Р.В. Греческие типы в эллинистической керамике Бактрии // Stratum plus. 2012. № 3. С. 275-289.
  23. Филанович М.И. Гяур-кала // Труды ЮТАКЭ. Т. XV. Ашхабад: Ылым, 1974. С. 15-139.
  24. Шайдуллаев Ш.Б. Северная Бактрия в эпоху раннего железного века. Ташкент: Фан, 2000. 126 с.
  25. Шишкина Г.В. Керамика конца IV-II вв. до н. э. (Афрасиаб II) // Афрасиаб. Вып. III. Ташкент: Фаан, 1974. С. 28-51.
  26. Шишкина Г.В. Эллинистическая керамика Афрасиаба // СА. 1975. № 2. С. 60-78.
  27. Alabe F. La ceramique de Doura-Europos // Syria. 1992. T. 69 (1-2). P. 49-63.
  28. Evans A. The Palace of Minos at Knossos. Vol. II. London: Macmillan and Co, 1928. 971 p.
  29. Gardin J.-C. Les céramiques. Fouilles d`Ai Khanoum // MDAFA. T. XXI. Paris: Editions Klincksieck, 1973. P. 121-188
  30. Morel J.-P. Ceramique a vernis noir du Maroc // Antiquites africaines. 1968. № 2. P. 55-76.
  31. Puschnigg G. Hellenistic Echoes in Parthian Merv: transformation and adaptation in the ceramic Repertoire // Parthica. 2008. № 10. P. 109-128.
  32. Robinson H.S. Pottery of the Roman Period. Princeton: American School of Classical Studies at Athens, 1959. 149 p.
  33. Rotroff S.I. Hellenistic Poterry Athenian and imported wheelmade table ware and related material. Princeton: Printed in the USA by Edwards Brothers, Incorporated, Ann Arbor, 1997. 580 p.
  34. Stronach D. Pasargadae: a report on the excavations conducted by the British Institute of Persian studies. From 1961 to 1963. Oxford: Clarendon Press, 1978. 326 p.